Программа передач 24.09.2017

Евреем можешь ты не быть, но иудеем стать обязан?
Черным по белому

Евреем можешь ты не быть, но иудеем стать обязан?

Еврейский анекдот о воспитании в церкви..
Я плкалЪ!

Еврейский анекдот о воспитании в церкви..

Я.Кедми: В чем отличие военной стратегии России от стратегии США
Сказано на Iton.TV

Я.Кедми: В чем отличие военной стратегии России от стратегии США

Проклятие Шерлока Холмса
Магия смысла

Проклятие Шерлока Холмса

Еврейский анекдот про страсть
Анекдот ТВ

Еврейский анекдот про страсть

С кем готовится воевать Украина на американские деньги?
Тема дня

С кем готовится воевать Украина на американские деньги?

Российская нравственность должна быть построже, чем в Иране
Тема дня

Российская нравственность должна быть построже, чем в Иране

Пациенты "без границ"
Разбор полетов

Пациенты "без границ"

Северная Корея - это китайский полигон оружия
Тема дня

Северная Корея - это китайский полигон оружия

Хамас принуждают к миру с Израилем
Особая папка

Хамас принуждают к миру с Израилем

Как воспитывать одаренного ребенка

Чрезмерное родительское давление не позволяет детям учиться самостоятельно мыслить

К двум годам они обучаются чтению, в четыре играют Баха, в шесть лет легко овладевают алгеброй, а к восьми бегло говорят на иностранных языках; одноклассники бесятся от зависти; родители радуются везению. Но, перефразируя Томаса Эллиота, заканчивается их карьера плачевно.

Возьмем самую престижную американскую награду для старших школьников, проявивших научные таланты – Премию Вестингауза, которую один из президентов США назвал научным Суперкубком. Со времени учреждения этой премии в 1942 г. до 1994 г. финалистами стали более 2000 школьников. Но только 1 процент из них попал в Национальную академию наук, и лишь один человек стал лауреатом Нобелевской премии. На каждого, кто подобен Лайзе Рэндэлл, с ее революционными достижениями в теоретической физике, приходятся десятки далеко не использовавших свой потенциал.

Из вундеркинда редко вырастает гений, изменяющий мир. Вероятно, таким детям не хватает социальных и эмоциональных навыков для функционирования в обществе. Хотя, в свете реального положения дел, такое объяснение не кажется удовлетворительным: от социальных и эмоциональных проблем страдает менее четверти одаренных детей. Огромное большинство прекрасно устраивается, побеждая и на вечеринках, и в конкурсных диктантах.

Сдерживает их то, что они не учатся оригинальности. Они стремятся заслужить одобрение родителей и восхищение со стороны учителей. Но когда они выступают в Карнеги-Холле или становятся шахматными чемпионами, происходит нечто неожиданное: их работа великолепна, но ничего нового они не создают. Их талант позволяет им великолепно играть Моцарта, но собственную музыку они сочиняют редко. Со всей энергией они приобретают научные знания, не выдвигая новых идей. Они скорее приспосабливаются к зафиксированным правилам, чем придумывают свои. Результаты исследований позволяют предположить, что большинство одаренных детей, скорее всего, не попадет в любимчики учителей, и, со своей стороны, многие учатся держать свои оригинальные мысли при себе. Выражаясь языком критика Уильяма Дерезевича, они становятся превосходными баранами.

Повзрослев, многие из этих чудо-детей становятся специалистами в своих областях и лидерами в своих организациях. И все же, говорит психолог Эллен Винер, «лишь незначительная часть одаренных детей становятся, в конечном счете, творцами революционных идей. Те же, чье взросление болезненно, в итоге переделывают мир».

Большинство одаренных детей никогда не преодолевают эту дистанцию. Свои исключительные способности они употребляют на то, чтобы блистать достижениями, не нарушая спокойствия. Они становятся врачами, лечащими не пытаясь бороться с уродливой системой здравоохранения, или адвокатами, берущимися за безнадежные дела, но не стремящимися к изменению самих законов.

Так что же нужно для правильного воспитания одаренного ребенка? В одном исследовании сравнили семьи, в которых росли дети, входившие в 5 процентов самых талантливых, с теми, где таких детей не было. В среднем родители обычных детей следовали шести правилам, вроде определенного расписания приготовления уроков и отхода ко сну. В семьях одаренных детей не всегда было и одно правило.

Возможно, творческие способности трудно сформировать, но их легко задавить. Ограничивая регламентацию, родители побуждали детей думать самостоятельно. Как пишет психолог из Гарвардского университета Тереза Амабайл, «они стремились делать акцент скорее на моральных ценностях, чем на конкретных правилах».

Но даже эти ценности родители не навязывали детям силой.

Сравнение наиболее выдающихся американских архитекторов с группой их высокопрофессиональных, но не отличающихся оригинальностью коллег выявило уникальную особенность касательно родителей первых: «Они делали акцент на формировании у детей собственного этического кода».

Да, родители поощряли стремление детей к успеху, но также – к тому, чтобы получать «удовольствие от работы». У их детей была возможность выбора ценностей и определения интересов. А это способствовало расцвету творческих способностей во взрослом возрасте.

Изучая детство всемирно известных музыкантов, психолог Бенджамин Блум обнаружил, что их родители не мечтали вырастить суперзвезд. Они не вели себя как инструкторы или надсмотрщики. Они считались с внутренней мотивацией детей. Если те проявляли интерес и энтузиазм в отношении какой-то области, родители их поддерживали.

Лучших концертирующих пианистов не учили с самых малых лет элитные педагоги; первые уроки давали преподаватели, проживавшие поблизости и превращавшие учебу в развлечение. У Моцарта интерес к музыке проявился до того, как он начал заниматься, а не наоборот. Мэри Лу Уильямс училась играть на пианино сама; Ицхак Перельман начал учиться игре на скрипке самостоятельно, когда его не приняли в музыкальную школу.

Даже лучшие спортсмены вначале показывали не лучшие результаты, чем их предшественники. Теннисисты из первой десятки, которых интервьюировали сотрудники Блума, вовсе не начинали отжиматься еще в материнской утробе (перефразируя Джерри Сайнфельда). От некоторых требовали играть так же, как Андре Агасси. Большинство звезд тенниса помнили о своих тренерах только одно: они превращали игру в удовольствие.

После выхода в свет книги Малькольма Глодуэлла «Правило 1000 часов», в которой высказывалось предположение о зависимости успеха от времени, проведенного за обдуманной работой, вспыхнули споры о том, сколько времени, в зависимости от области деятельности и типа личности, необходимо для того, чтобы стать специалистом. Утверждая это, мы упускаем два вопроса, значимых столь же, сколь вышеназванные аспекты.

Во-первых, не может ли сама практика препятствовать расширению кругозора? Как показывают исследования, чем больше мы работаем, тем более оказываемся консервативны, попадая в плен знакомого образа мыслей. Изменение правил игры в бридж создавало больше трудностей для опытных игроков, чем для новичков; опытным бухгалтерам оказалось тяжелее освоить новое налоговое законодательство, чем неопытным.

Во-вторых, что побуждает людей тратить тысячи часов на занятие своим делом? Самый верный ответ – увлеченность, вследствие природного любопытства или полученного в детстве опыта удовольствия от одного или разных видов деятельности.

Реальность показывает, что творческий потенциал зависит от широты, а не глубины, наших знаний и опыта. В мире моды самые оригинальные коллекции предлагают те, кто работал главным образом за границей. В науке лауреаты Нобелевской премии меньше встречаются среди тех, кто гениален в одной сфере и больше – среди интересующихся многими областями. Среди лауреатов в 22 раза больше вероятность занятий театром, танцами или магией, чем среди обычных ученых; в 12 раз больше – вероятность писания стихов, пьес или романов, в семь – любительских занятий искусствами и ремеслами; вдвое – игры на музыкальных инструментах или сочинения музыки.

Этих блестящих ученых никто не заставляет избирать себе художественное хобби. Это – следствие их любопытства. И порой оно порождает внезапные прозрения. «Я пришел к теории относительности интуитивно, а движущей силой этой интуиции была музыка», - вспоминал Альберт Эйнштейн. Когда ему было пять лет, мать отправила его учиться играть на скрипке, но его это не увлекло. Музыку он полюбил только подростком, когда, бросив уроки, наткнулся на сонаты Моцарта. «Любовь учит лучше, чем обязанность», - говорил он.

Папы и мамы, вы слышите? Невозможно запрограммировать у детей творческие способности. Попробуйте создать успешного ребенка – и в лучшем случае вы получите амбициозного робота. Если вы хотите, чтобы ваши дети дали миру оригинальные идеи, дайте им следовать своим увлечениям, а не вашим.

 Адам Грант - Автор – профессор Уортонской школы Пенсильванского университета, специалист по управлению и психологии, автор книги «Оригиналы. Как нонконформисты движут миром»

The New York Times/Джерузалем пост

Перевод Давида Михаэли

 

 

новонет