Программа передач 17.12.2018

О чем знала полиция, но стеснялась сказать
Тема дня

О чем знала полиция, но стеснялась сказать

Впервые: посол Израиля "наехал" на бандеровскую Украину
Тема дня

Впервые: посол Израиля "наехал" на бандеровскую Украину

Запад выдавливает Россию из Южного Кавказа
Тема дня

Запад выдавливает Россию из Южного Кавказа

"АвтоФекалия" от Порошенко
Тема дня

"АвтоФекалия" от Порошенко

Кто запускает колесо Армагеддона?
Тема дня

Кто запускает колесо Армагеддона?

Каким будет конец света?
Магия смысла

Каким будет конец света?

Для террористов ХАМАСа еврей - это мишень
Тема дня

Для террористов ХАМАСа еврей - это мишень

Армия Украины готова к штурму Донбасса
Тема дня

Армия Украины готова к штурму Донбасса

Хамас в мэрии Хайфы?
Тема дня

Хамас в мэрии Хайфы?

Кризис в «самом правом правительстве» Израиля

«Правда редко бывает чистой, и никогда — простой». В нынешнем политическом кризисе у каждого ее участника своя правда.

    Арик ЭЛЬМАН - журналист, политолог /специально для газеты «Эхо»/Израиль

 В кризисе, который грозит уже на этой неделе похоронить «самое правое правительство за всю историю Израиля» и который разразился, как традиционно бывает в правых правительствах, благодаря правым союзникам-конкурентам «Ликуда», есть немало виновников, однако им трудно предъявлять претензии

 Начнем с конца. Глава «Еврейского дома» Нафтали Беннет навлек на себя немало критики, предъявив главе правительства Биньямину Нетаниягу ультиматум — либо портфель министра обороны, либо досрочные выборы. Беннет действительно поставил себя в несколько глупое положение — открыто требуя для себя пост, который правящая партия вряд ли может себе позволить уступить, он загнал себя в угол, и теперь именно на него будет возложена главная вина за распад коалиции и досрочные выборы. Однако с другой стороны, как именно должен был вести себя политик, который уже несколько месяцев обвиняет экс-министра обороны Либермана в некомпетентности, в капитуляции перед ХАМАСом, в неспособности вести израильский генералитет к победе в Газе? Активисты и сторонники «Еврейского дома» просто не поняли бы, если бы Беннет промолчал, когда пост главы оборонного ведомства оказался свободен.

А что же сам Авигдор Либерман? Своим уходом с поста министра обороны лидер НДИ дестабилизировал израильское правительство, подарил ХАМАСу пропагандистский лозунг (повторяемый немалым числом наших собственных израильских идиотов) и фактически расписался в своем бессилии повлиять на оборонную политику кабинета, в котором заседал. С другой стороны, какой еще выход оставался у политика, который, после того как раскрученное СМИ «дело 242» чуть было не привело его партию к электоральному барьеру, пришел в министерство обороны, стремясь укрепить свою репутацию? Либерман хотел напомнить Израилю, что он компетентный управленец, способный стабилизировать министерство обороны после скандалов вокруг дела Элиора Азарии и увольнения Моше Яалона, и добился этой цели. Те, кто потешались над «ефрейтором», возглавившим систему гражданского контроля над армией, вынуждены были проглотить языки.

Однако вместе с тем Либерман должен был хранить свое главное преимущество перед другими израильскими политиками — репутацию человека слова, который не держится за кресло ради кресла, если чувствует, что не способен повлиять на события. Поскольку глава НДИ, придя в министерство обороны, продемонстрировал, что не собирается устраивать революций в этом ключевом нервном узле безопасности страны (Либерман даже не ликвидировал армейское радио «Галей ЦАХАЛ», о чем его буквально умолял весь правый лагерь), ему пришлось работать с израильским генералитетом на условиях, которые определяет генералитет. У израильской военной бюрократии есть свои собственные интересы, которые далеко не всегда совпадают с национальными, но положение наших генералов позволяет им фактически диктовать политикам, какими возможностями в военной сфере те располагают. И практически всегда военные стремятся к более осторожным решениям, сопряженным с меньшим риском эскалации и крупномасштабных операций, ответственность за последствия которых понесут они.

В ситуации, когда Либерман оказался (вместе с Нетаниягу) главным ответственным за политические последствия бездействия против ХАМАСа, за решения кабинета, с которыми он не согласен, и за предлагаемый военными курс, который он не мог изменить, его отставка была абсолютно правильной как с моральной, так и с политической точек зрения. Теперь лидер НДИ стремится ускорить выборы и обещает, что после них партия вернется в правую коалицию — и то, и другое должно способствовать сохранению электоральной популярности Либермана как минимум на нынешнем уровне.

Главный виновник происходящего — премьер-министр Биньямин Нетаниягу — подвергается критике сразу на нескольких фронтах, и часть ее справедлива. Нетаниягу не обеспечил Либерману должной публичной поддержки и не поставил на место Нафтали Беннета, когда тот перешел все рамки цивилизованной дискуссии между партнерами в одном правительстве. Нетаниягу как будто намеренно провоцировал Либермана, когда его канцелярия распространила после заседания кабинета ложную информацию о том, что якобы все министры поддержали прекращение огня. Глава правительства знаком с лидером НДИ не первый год, и должен был понимать, что в таких условиях его отставка — лишь вопрос времени. Если, как сам Нетаниягу часто напоминает, первостепенная задача премьер-министра состоит в обеспечении политической стабильности, он с этой задачей явно не справился.

Однако главная причина кризиса состоит, конечно, не в личных отношениях и не в оскорбленной чести — она в принципиальных разногласиях между Нетаниягу и Либерманом о том, что надо делать в секторе Газы. Нетаниягу неоднократно, публично и однозначно заявлял о том, что не верит в смысл и успех очередной военной операции против ХАМАСа в нынешних условиях, и стремится вернуть спокойствие югу Израиля путем — фактически — достижения договоренностей с террористами. Нетаниягу рассчитывает на то, что внутренние потребности ХАМАСа, его интересы в противостоянии с Абу Мазеном, вес давления со стороны Египта, стремление Катара доказать Израилю и Трампу свою полезность, и, разумеется, однозначная произраильская позиция Вашингтона (в отличие от 2014 года) помогут вернуть ситуацию на Юге к той, которая сложилась после операции «Несокрушимая скала» 4 года назад, без того, чтобы Израиль понес, как тогда, человеческие, материальные и репутационные жертвы.

Парадокс — министр обороны Либерман, которому израильские генералы раз за разом предлагали неудовлетворительные для него оперативные варианты, продолжает верить в способность армии нанести сокрушительный удар по ХАМАСу. Премьер-министр Нетаниягу, с которым наш генералитет соглашается гораздо чаще, предпочитает эти способности армии не проверять на практике.

«Правда редко бывает чистой, и никогда — простой», — сказал Оскар Уайльд. В нынешнем политическом кризисе у каждого ее участника своя правда и своя точка зрения. Какими бы ни были последствия очередной досрочной дестабилизации политической системы, для демократии хорошо, когда принципиальные идеологические разногласия между лидерами выносятся на суд избирателей, которым и придется выбирать, кто больше прав — не в социологических опросах, а возле урны для голосования.