А. Гур-Арье: - подрывная деятельность, работа спецслужб?
Цви Маген:- Во всяком случае, если это правда, то такие усилия американцев (а, возможно, и Запада в широком смысле слова) – тоже часть общей политики давления. Такова ситуация.
Конечно, Иран так просто не развалится, и аятоллы так быстро никуда не уйдут. Но это – достаточно серьезное давление для того, чтобы поставить Тегеран на место. В то же время, интересно, что эта, вполне очевидная политика, все время сопровождалась какими-то попытками договориться. И вот здесь следует обратить внимание на столь значимый фактор, как участие России в этом процессе, которое активизировалось, во всяком случае- в недавнее время.
Россия демонстрировала усилия, направленные на то, чтобы вывести Иран из Сирии, хотя бы из части ее пространства, причем, заметьте, это делалось, якобы, в интересах Израиля. Между прочим, Россия считала, что за эти свои шаги, ограничивающие присутствие Ирана в Сирии она имеет право рассчитывать на снятие с нее санкций, связанных с Украиной, или, хотя бы, на их смягчение. И это естественно: так, в основном, строится международная политика.
Обратите внимание. Договоренности обо всем этом обсуждались здесь, у нас, в Израиле на закрытой встрече председателей Советов Безопасности России, США и нашей страны. Россия отводила себе роль посредника между Ираном и США. Что из этого получилось мне пока не известно, но, безусловно, Россия – активно участвует в происходящем и вправе ждать за это определенных преференций.
Это я к тому говорю, что здесь дело не только в Европе: и Россия, и США, и. в какой-то мере – Израиль, - внутри этого процесса. Каждый из них со своих позиций давит на Иран; не исключено, что Россия и Франция координируют свои действия в этом направления. И если это так, то события развиваются в позитивном ключе.
А. Гур-Арье: - Но Россия утверждает, что Иран – ее союзник… Однако, как мы с вами уже говорили, Иран мешает России в той же Сирии.
Цви Маген: - Иран, конечно, мешает России в Сирии, и Москва это вполне осознает, но, подчеркну, Россия, формально, не выступает против Ирана, а позиционирует себя в качестве посредника. Однако, в то же время, сам факт того, что Москва не оказывает Тегерану однозначную поддержку, а, как бы, относится к происходящему с объективных позиций, нравится не всем. Тем более, что ситуация сложная и есть ощущения, что позиции Ирана слабеют.
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.