Немецкий национальный союз культуры свободного тела (DFK) включает 35 тысяч участников и входит в Олимпийскую спортивную конфедерацию. Не обязательно относиться к этому союзу, чтобы раздеваться догола, но многие предпочитают быть его членами. Вполне по-немецки самые увлеченные участники движения организовывают клубы с председателями, правлением и уставами. В этом смысле нудистская культура ничем не отличается от сообществ любителей бриджа или шитья.
Разница в том, что немецким нудистам пришлось много бороться за право собираться вместе голышом.
С тех пор как в 1898 году в Эссене, на западе Германии, образовалось первое общество нудистов, движение постоянно подвергалось тяжелым испытаниям. И нацисты, и коммунисты считали обнаженное тело угрозой закону и порядку, и отчаянно пытались заставить людей одеться.
Но они потерпели капитальное поражение.
Вот история о том, как любители купаться голышом выиграли «войну трусов».
У пионеров нудизма были большие амбиции: они хотели освободить людей от оков цивилизации.
Первые нудистские общества возникли еще на стыке XIX и XX веков как реакция на нездоровую жизнь людей в мегаполисах. Их участники хотели сделать мир лучше. В выходные дни эти люди отправлялись на нудистские пляжи на окраинах города и там все вместе занимались спортом, делали гимнастику или просто общались без одежды. Все было примерно так же, как в кемпинге у пляжа Розенфельдер сто лет спустя.
В счастливые 1920-е 100 тысяч немцев участвовали в каком-нибудь из множества нудистских обществ, у которых часто были очень высокие требования. Употребление мяса и алкоголя было, как правило, запрещено, как и курение. Регулярно проводились лекции о том, как отдельный человек может изменить мир.
Это было веяние времени. Но потом наступил 1933 год.
И нудисты тоже стали мишенями террора.
Нацисты считали их коммунистической заразой и угрозой общественной морали. Сообщества натуристов запретили, а их недвижимость и имущество конфисковали. С тех пор всем мужчинам следовало для купания надевать плавки-шорты, а женщинам — закрытые купальники.
Эта мера была непопулярна.
После громких протестов нацистский режим, наконец, согласился разрешить наготу в строго отведенных для этого местах — но только сообществам, которые входили в нацистскую ассоциацию культуры свободного тела. Это было сделано в надежде на всплеск арийской рождаемости.
Рихард Унгевиттер (Richard Ungewitter) был большим философом немецкой нудистской культуры, а также антисемитом и расовым теоретиком. Еще в 1910 году он писал:
«Если бы каждая немецкая женщина чаще видела голого германского мужчину, она бы не бегала за разными экзотическими расами». Это не самая достойная глава в истории немецкого нудизма, но он действительно сошелся с нацистской пропагандой. Во времена нацизма одной из самых популярных книг была «Человек и солнце» (Mensch und Sonne), в которой возносилась хвала нацистским идеалам красоты. Проиллюстрирована она была множеством фотографий голых мужчин и женщин.
Когда закончилась Вторая мировая война, старая Германия рухнула, и началась новая эра. Нудистской культуре предстояло то же самое, что и всей побежденной и разрушенной стране: ее разделили на восточную и западную части. Прошло несколько мрачных лет, прежде чем эта культура возродилась.
54-летний профессор Конрад Веллер (Konrad Weller) и сам с удовольствием купается голым. Он — один из ведущих немецких экспертов по нудистской культуре и преподает сексологию в институте Мерсебурга на востоке Германии. Во времена ГДР в этом угловатом здании в социалистическом стиле обучали химиков и математиков для работы на ближайшей химической фабрике. Но Конрад Веллер сейчас занимается здесь совершенно другими исследованиями.
Начинаем с самого начала.
«Для послевоенной эпохи была характерна отрицающая секс мораль. И на католическом Западе, и на прославляющем соцреализм Востоке культивировалось враждебное отношение к телу», — говорит он.
Так что по обе стороны новой границы необходимо было носить одежду.
«Отрицание сексуальности работало как своего рода способ справиться с коллективной виной. Обращаясь к строгой морали, люди пытались пережить катастрофу и жить дальше», — говорит он.
И когда, наконец, пойти дальше действительно удалось, люди устремились в двух разных направлениях. В то время как для большей части Западной Германии была характерна католическая стыдливость, в социалистическом государстве рабочих и крестьян нудистская культура завоевывала все новые территории.
Поначалу нудисты просто выводили из себя истеблишмент ГДР.
В социалистических планах по созданию лучшего человека места для его голой версии не было. Ему следовало быть одетым в комбинезон, халат инженера или пионерскую форму.
Любителям купаться голышом пришлось вступать в новую битву.
Самая важная схватка состоялась весной 1954 года на балтийском побережье коммуны Аренсхоп, где писатели, режиссеры и художники собирались, чтобы общаться и купаться обнаженными — точно так же, как они делали до нацизма.
На дворе был уже май 1954 года, когда новый министр культуры и противник нудизма Йоханнес Бехер (Johannes R Becher), наконец, решил, что с него довольно этих голых собраний у Балтийского моря. В молодости Бехер писал эмоциональные и яростные статьи, полные критики в адрес властей, ограничивающих буржуазию. Но к этому моменту он уже сделал карьеру, написал гимн ГДР и начал видеть себя гарантом высокой морали нового государства.
Он без разговоров запретил купание в голом виде, чтобы «пощадить глаза нации», даже не подозревая, какие протесты вызовет это решение. Культурная элита ГДР мобилизовалась и начала писать возмущенные письма и дискуссионные статьи в защиту нудистов.
Годом ранее режим встретил танками бастующих рабочих, которые выходили на демонстрации, требуя более высоких зарплат и улучшения условий труда. Но можно ли стрелять в любителей искупаться голышом?
В министерстве культуры обсуждали это целых два года, и в результате режим дал слабину. Людям разрешили купаться и загорать голыми на строго определенных пляжах ГДР, и вскоре нудистская культура переросла в массовое движение. По ту сторону Берлинской стены голое тело получило особое символическое значение, обладающее скрытой взрывной силой, — это был молчаливый протест против тоталитарного государства.
«ГДР была закрытым обществом с множеством ограничений и социальным контролем. Если человек появлялся в обществе других людей голым, это еще не значило, что он оппозиционер, но таким образом люди отвоевывали себе немного личной свободы в этом мире строгих рамок», — рассказывает по телефону сексолог Конрад Веллер (Konrad Weller) из Мерзебурга.
Купание голышом для многих граждан ГДР было чем-то таким же само собой разумеющимся, как сосиски с карри или очереди за «Трабантом».
Так делали почти все.
Возможно, даже восточная немка и будущий канцлер Ангела Меркель. С год назад турецкая газета опубликовала черно-белое фото, утверждая, что оно из архива КГБ. На нем изображена отдыхающая на пляже молодая обнаженная женщина, поразительно похожая на канцлера.
Если уж Ангела Меркель могла купаться голой, то и все остальные могут.
Солнце уже в зените, и наша голая процессия почти у цели. Потрачено много солнцезащитного крема, а термометр показывает более 35 градусов в тени.
«До чего жарко», — стонет фотограф Dagens Nyheter Андерс Ханссон (Anders Hansson), вытирая пот со лба.
На нем темно-синяя льняная рубашка и шорты.
Ему немедленно отвечают. «Так сними же свою униформу, парень!» — восклицает один из участников процессии, которого тоже зовут Дитер.
Все хохочут.
«Вот и почувствуете, каково это — выделяться среди остальных», — говорит организатор Дитер Грэве, указывая на мое платье.
Это камень в огород всех, кто морщит нос, когда речь заходит о нудистах. Хотя голое тело и занимает свое законное место в жизни немалой части немецкой общественности, есть и те, кто скептически смотрит на людей, бесстыдно демонстрирующих свои самые интимные органы.
Когда нам остается пройти всего какой-то километр, мы выходим к оживленным пешеходной и велосипедной дорожкам. Нам встречаются семьи, живущие в так называемых «текстильных кемпингах» чуть дальше по побережью. «Текстильный кемпинг» — кемпинг, где люди не раздеваются догола.
Реагируют они по-разному.
В то время как одни прохожие поднимают большой палец вверх и радостно приветствуют нашу группу, другие в панике отводят глаза.
«Большинство знают, что мы из кемпинга неподалеку, но не все готовы к тому, что мы еще и по округе голышом ходим», — говорит Дитер Грэве.
ГДР, может, и была однопартийным государством, которое во всем контролировало своих граждан и страдало от нехватки самого необходимого, но в том, что касается нудистской культуры, за восточными немцами явно оставалось превосходство. С этим согласны все участники нашей голой процессии.
«Там-то никто не отворачивался».
После падения Берлинской стены все перевернулось с ног на голову. Стало ясно, что железный занавес не только разделил Германию на два государства и две совершенно различные общественные системы — он еще и сформировал два разных отношения к обнаженному телу.
«Восточногерманское нудистское движение достигло к тому времени апогея. А на западе „культура свободного тела" давно сошла на нет», — говорит сексолог Конрад Веллер.
Когда западногерманские туристы добрались до обширных пляжей Восточной Германии, они не были готовы к зрелищу своих новых соотечественников без одежды. Некоторые отреагировали восторженно, другие испытали шок и отвращение.
Тогда-то и разразилась «война трусов».
Во всяком случае именно так дискуссии на эту тему называли в западногерманской вечерней прессе, заполнившейся изумленными репортажами с нудистских пляжей в восточной части страны.
Вот как газета Der Tagesspiegel подытожила все жаркие дебаты после падения стены: «За 40 лет коммунистической диктатуры люди даже стыд потеряли!»
Это был острый вопрос: могут ли жители бывшей ГДР и дальше бесстыдно выставлять напоказ свои голые тела на пляжах, которые теперь принадлежат всем немцам?
Но нудисты не позволили злобным репортерам и умникам с запада себя сломить.
Угадайте, кто выиграл войну.
Конечно, те, кто без трусов.
Конечно, не только немцы любят раздеваться догола — это заметно по машинам, которые стоят на парковке возле нудистского кемпинга у пляжа Розенфельдер. Там можно увидеть автомобили с бельгийскими, британскими и нидерландскими номерами, а также пару шведских фургончиков.
Из одного окошка торчит маленький шведский флаг. Пара лет шестидесяти из небольшого города на западном побережье Швеции рассказывает, что они уже более десяти лет приезжают сюда каждый год.
«Германия — образцовая страна. Как Швеция, только лучше, — говорит мужчина, стоящий в дверях автодома. — В Германии нет такого табу на голое тело, как в Швеции».
Продолжение на следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.