Великий план Эрдогана: Ливия следующая?

Недавно вырисовался новый аспект непрекращающихся усилий Анкары, направленных на то, чтобы снова стать крупным игроком на Ближнем Востоке и хотя бы частично восстановить славу павшей Османской империи. 17 и 18 декабря прошлого года в ливийском порту Хомс местные таможенники обнаружили значительные партии оружия, спрятанные в двух контейнерах, прибывших морем из Турции. В первом контейнере оказалось свыше 3000 пистолетов, несколько охотничьих ружей и боеприпасы, а во втором - 4,2 млн. патронов. Все оружие и боеприпасы были турецкого производства.

Хомс является относительно небольшим портом в западной части Ливии, всего в 100 километрах от Триполи и довольно близко к границе страны с Тунисом и Алжиром. Это место, несомненно, было выбрано из-за ошибочного убеждения, будто контроль здесь будет более поверхностным, чем в главном порту страны в ее столице - Триполи. Судя по типу контрабандного оружия, оно, очевидно, предназначалось не для регулярной армии, а для террористической деятельности вооруженных группировок - наиболее вероятно, исламистских организаций, связанных с "Братьями-мусульманами".

Совет Безопасности ООН ввел эмбарго на поставки оружия в Ливию, которая погрузилась в гражданскую войну после падения режима Муамара Каддафи, в 2011 году, и возобновил его в июне прошлого года. Гражданская война до сих пор не утихла, и страна разделена между двумя конкурирующими правительствами: международно-признанным Правительством национального единства во главе с премьер-министром Файезом ас-Сараджем в Триполи и правительством в Тобруке, сформированным Палатой представителей, избранной в 2014 году и возглавляемом фельдмаршалом Халифой Хафтаром. Последний, де-факто, является губернатором восточной Ливии и главнокомандующим Ливийской национальной армией, крупнейшей военной силой в стране. Есть также десятки исламистских и других вооруженных формирований, часть которых поддерживает режим Сараджа, а другие действуют независимо. Местное отделение "Исламского государства" все еще активно, хотя значительно уменьшилось количественно после его вытеснения из основных городов страны.

Обнаружение контейнеров вызвало широкий общественный резонанс и резкое осуждение со стороны обоих правительств. Сарадж распорядился провести тщательное расследование, попросив Турцию представить объяснения. Хафтар потребовал от Совета Безопасности ООН осудить Анкару за нарушение эмбарго и начать международное расследование, обвинив президента Реджепа Тайипа Эрдогана в оказании помощи вооруженным террористическим группировкам и стремлении посеять хаос в стране.

Делегация ООН в Ливии, пытающаяся соблюсти нейтралитет и примирить оба правительства, была вынуждена отреагировать и 22 декабря выразила свою обеспокоенность и подтвердила важность эмбарго. Она также подчеркнула, что ООН сформировала группу экспертов для расследования произошедшего.

Турция, которая не стала комментировать инцидент и реакцию на него со стороны Хафтара и Сараджа, не могла, однако, проигнорировать позицию, занятую делегацией ООН. В тот же день министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу неожиданно нанес визит в Триполи, где провел переговоры со своим ливийским коллегой, а также с главой парламента, после чего встретился с Сараджем.

Чавушоглу попытался свести к минимуму значение инцидента и обвинил неназванные "арабские страны" в поставках в Ливию танков, ракет и беспилотников. Он, вероятно, имел в виду Египет, который взаимодействует с Хафтаром в плане контроля над их совместно-протяженной границей и предотвращения вторжения исламских террористов в Страну пирамид. Однако, в соответствии с докладом ООН, целый ряд стран - и среди них Турция - поставляют оружие обеим сторонам конфликта в Ливии в нарушение эмбарго.

Согласно заявлению, выпущенному канцелярией Сараджа после встречи, Чавушоглу отрицал какую-либо причастность Турции к инциденту, добавив, что это не отражает политику Анкары. Обе страны согласились немедленно начать совместное расследование. Но это не удовлетворило члена парламента Ливии, который потребовал принятия мер против Турции и независимого международного расследования.

Тем временем неназванный источник в службах безопасности Алжира гневно отреагировал на инцидент, заявив саудовской ежедневной газете "Аш-Шарк аль-Аусат", что отправка оружия в западную Ливию, недалеко от алжирской границы, имела своей целью дестабилизацию региона. По словам источника, это было равносильно объявлению войны и заставило привести армию его страны в состояние повышенной боеготовности.

И "Аль-Каида", и "Исламское государство" действуют в районе границ Ливии, Туниса и Алжира, откуда часто приходят сообщения о вооруженных столкновениях. Оружие, попадающее в регион - в основном из государств Средиземноморья, - оказывается в конечном счете в распоряжении террористических организаций в странах Сахеля, таких как Мали, Нигер и Чад.

Турция встала на сторону исламистских партий во главе с "Братьями-мусульманами" сразу после падения Каддафи. Эти партии победили на первых парламентских выборах, состоявшихся годом позже. Анкара поддержала их, когда они проиграли следующие выборы, состоявшиеся в 2014 году. Факт ее помощи организациям, вовлеченным в последовавшую гражданскую войну, всплыл случайно в 2013 году, когда в Греции таможенники обнаружили оружие турецкого производства на направлявшемся в Ливию корабле, который пережидал шторм в греческом порту.

С тех пор было несколько подобных инцидентов, ясно демонстрирующих намерение предоставить оружие этим организациям. Так, в декабре 2013 года Египет обнаружил четыре контейнера с контрабандным оружием на корабле, который находился на пути из Турции в Ливию. В 2014-м, были пресечены три аналогичные попытки. В августе ливийская армия перехватила судно, доставляющее оружие из Турции, когда оно собиралось войти в порт Дерна, который был оплотом крупнейшей в то время организации джихадистов "Ансар аш-Шария"; в ноябре греки снова нашли оружие на корабле, направлявшемся из Украины в Ливию; и в декабре ливийские власти задержали корейское судно, перевозившее партию оружия в Мисрату, которая тогда являлась базой вооруженных ополченцев.

Однако помощь Турции не ограничивалась поставками вооружений. В январе 2017 года террористическая группировка "Ансар аш-Шария" объявила о смерти своего лидера, раненного в бою с ливийской национальной армией, в турецком госпитале, куда его отправили на лечение. Когда в сентябре 2018 года генеральный прокурор Ливии выдал ордера на арест 826 исламских террористов, выяснилось, что большинство из них бежали в Турцию и Катар - две страны, поддерживающие "Братьев-мусульман". В прошлом Катар снабжал оружием исламистские группировки в Ливии.

По мере того как постоянная поддержка Турцией исламистских организаций становилась все более очевидной, росла враждебность между этой страной и Хафтаром, армия которого является основным препятствием на пути развития политического ислама, поддерживаемого вооруженными ополченцами в Ливии. Согласно источникам в Тобруке и в армии, ВВС Ливии заявили, что будут сбивать турецкие самолеты, входящие в их воздушное пространство, в то время как парламент страны пригрозил прекратить двустороннюю торговлю, ежегодный объем которой оценивается в два-три миллиарда долларов. Турецкие инвестиции в регион до начала гражданской войны составляли более 15 млрд. долларов.

В течение последних двух лет произошли некоторые изменения. Турция опасается растущей политической и военной мощи Хафтара; ООН пытается добиться примирения между Тобруком и Триполи, а также проведения выборов, которые могли бы укрепить позиции фельдмаршала и помешать турецкому вмешательству. Вот почему делегация парламента Тобрука была приглашена в сентябре 2018 года на встречу с президентом Эрдоганом в Анкаре. Хотя встреча была вежливой, соглашение достигнуто не было - в основном, из-за того, что Хафтар испытывает глубокие сомнения в отношении подлинных намерений Турции.

В ноябре прошлого года Турция приняла участие в конференции в Палермо, созванной по инициативе Италии с целью найти политическое решение ливийского кризиса. Хафтар возражал против присутствия делегации из Анкары. Турки хлопнули дверью, и через несколько недель в Хомсе была обнаружена новая партия оружия турецкого производства.

Интересно при этом, что СМИ не проявляют большого интереса к тому, что Турция делает в Ливии, не только не осуждая ее за это, но даже просто не обсуждая ее действия. Однако аналогичным образом Анкара действует и на Ближнем Востоке. В конце концов Турция является крупным игроком благодаря своему геостратегическому положения между Азией и Европой и того факта, что она является членом НАТО и, следовательно, частью обороны Запада (хотя ее связи с Россией заставляют сомневаться в этом).

Но есть еще проблема беженцев. Анкара согласилась за пять миллиардов долларов остановить поток мигрантов из исламских стран, пытающихся попасть в Европу. И это работает. Слабая Европа, проявляющая беспомощность в борьбе с хаосом на Ближнем Востоке, не готова противостоять агрессивному поведению Анкары. А с уходом Америки со сцены новоявленный султан станет действовать еще свободнее. В настоящее время наблюдается активное политическое и/или военное проникновение Турции в наиболее чувствительные части региона - от Сирии и Ирака до Сомали и Судана на Красном море, а также Катара в Персидском заливе - ради пущей славы своего лидера и превосходства ислама.

 Автор - бывший посол Израиля в Египте, Румынии и Швеции, ныне - старший научный сотрудник Иерусалимского центра по связям с общественностью