Газа просит о милосердии

Понимаю, что это звучит неправдоподобно, но, оказывается, такое возможно — с помощью банального «Вотсапа». Устроил мне этот разговор Ахмад, работающий в торговом центре неподалеку от нашего дома. Знакомы мы с ним уже почти полгода, но о политике заговорили недавно: узнав, что я журналист, Ахмад неожиданно оживился и стал интересоваться моим мнением по поводу происходящего в Израиле и в мире. Понятно, что наши взгляды на происходящее оказались диаметрально противоположными.

Когда разговор коснулся сектора Газы, Ахмад заметил, что мы, израильтяне, просто не в состоянии понять, что там происходит, и что никакими бомбежками проблему не решишь. Во время нашей следующей встречи Ахмад снова завел этот разговор и вдруг сказал, что у его жены в Газе живет двоюродный брат, они время от времени переговариваются, и если я захочу, он может устроить мне разговор с ним по телефону. Я согласился, он вышел на этого родственника через «Вотсап», о чем-то поговорил с ним пару минут и протянул мне мобильник. Честно говоря, я был совершенно не готов к такому повороту событий, поэтому разговор у нас получился следующий:

— Добрый день, Мухаммед. Ты говоришь на иврите?

— Да, в свое время я работал в Израиле, так что могу говорить.

— Ахмад сказал мне, что твой сын стал инвалидом после участия в «марше возвращения»…

— Да, это так. Нам с самого начала было ясно, что ваши солдаты будут стрелять, поэтому жена умоляла сына не ходить туда, и он какое-то время ее слушал. Но у нас каждую пятницу всем молодым людям по «Вотсапу» рассылают призывы участвовать в этих маршах, обещают за участие вознаграждение в 50 долларов, так что на третий марш сын пошел.

— А собственно говоря, с какой целью вы их проводите? Ведь вы не можете не понимать, что ЦАХАЛ не даст вам перейти границу.

— ХАМАС убеждает нашу молодежь в том, что только с помощью таких маршей можно будет снять блокаду, и тогда у них появится возможность работать в Израиле, снова будет нормальная жизнь. Потому что то, как мы живем сейчас, совершенно ненормально. У меня уже три года нет постоянной работы, я не знаю, чем кормить семью. Многие молодые парни хотят, но не могут жениться, так как у них нет денег на свадьбу, не говоря уже о дальнейшей жизни. У моего сына как раз была на тот момент работа, благодаря ему и гуманитарной помощи мы как-то держались, но сегодня он инвалид.

— Как это произошло?

— Как я уже сказал, он принял участие в третьем марше и получил первое ранение в ногу. Пуля прошла навылет, так что ногу сыну перевязали и доставили домой. В тот же день несколько представителей руководства сектора пришли его проведать, сказали, что он настоящий герой, что именно такие, как он, в итоге освободят Палестину, и дали 200 долларов премиальных за ранение. Для нас это огромные деньги, настоящий праздник, да и похвалы его очень возбудили. Поэтому как только сын поправился, принял участие в следующем марше и снова получил ранение в ногу. Но на этот раз пуля раздробила колено, задела какой-то нерв, сын почти неделю пролежал в больнице и за это время пристрастился к сильным обезболивающим лекарствам. Потом его выписали, нам дали еще 200 долларов, но к нам домой больше никто не приходил. Сына ежедневно испытывает адские боли, ему постоянно нужны обезболивающие. Месяц их нам выдавали бесплатно, а потом сказали, что мы должны покупать сами. Но откуда у нас такие деньги? За эти месяцы 1500 долларов, которые сын отложил на свадьбу, кончились, а он умоляет купить ему лекарства. Я не знаю, как жить дальше. Гуманитарная помощь тоже постоянно сокращается… Одно время сын публиковал в «Фейсбуке» посты, где рассказывал о том, что с ним произошло, и что его все бросили на произвол судьбы. После этого к нам опять приехали люди из руководства и потребовали, чтобы сын убрал посты. Он это сделал, нам дали немного денег, на том все и закончилось.

— Поверь, я по-человечески искренне сочувствую вашему несчастью. А что говорят врачи?

— Говорят, что сыну нужна операция, которую можно сделать в Египте. Но в Газе тысячи молодых парней, раненных в ноги. Ваши солдаты стреляют именно по ногам, причем, видимо, какими-то особыми пулями, потому что они превращают в инвалидов. Наш минздрав оплачивает операции в Египте, но очередь на них на год вперед. А если ехать в Египет самому, то это обойдется минимум в 20 тысяч шекелей (мой собеседник почему-то сказал именно «шекелей», а не «долларов»), которые взять негде. Народ живет плохо, очень плохо.

— Ты не думал, что если бы у власти были другие люди, которые перестали бы обстреливать Израиль, жизнь стала бы гораздо лучше?

— Я уже не знаю, кому верить… Я никому не верю, но знаю, что вы должны прекратить оккупацию, снять блокаду. Мы стали бы жить лучше, если бы Израиль перестал совершать военные преступления, дал нам возможность работать и разрешил доставлять в Газу грузы. Сионисты лишили нас всего. Наше руководство делает все, что может.

Я понял, что дальнейший разговор не имеет смысла, попрощался и вернул Ахмаду телефон. Хотя мысленно вновь и вновь возвращаюсь к нему и думаю: может, стоило его продолжить? Ведь должны же они там, в Газе, хоть что-то понять!

* * *

В воскресенье 13 января газета «Маарив» опубликовала очерк Лейлы Абд аль-Нур «Газа языком психиатрии», в котором она рассказывает о резком росте количества самоубийств и попыток самоубийств среди жителей сектора.

По словам журналистки, бедственное экономическое положение (уровень безработицы в Газе достигает 60%) привело к тому, что в секторе резко возросло количество людей, страдающих теми или иными психологическими и психиатрическими проблемами. При этом бюджет психиатрической больницы Газы составляет 12 тысяч шекелей (Абд Эль-Нур подчеркивает, что ничего не напутала с цифрами), а в прошлом году был и того меньше. Таким образом, психиатрическую помощь от правительства получить практически невозможно, и вся надежда — на международные благотворительные организации, которые создают центры такой помощи.

Всего через них в прошлом году прошли 2804 пациента, в том числе 270 детей. Но это капля в море, так как по опросам, проведенным теми же организациями, 55% жителей сектора Газы находятся в постоянной депрессии и 50% детей нуждаются в психологической помощи.

Лейла Абд аль-Нур приводит несколько примеров судеб жителей сектора Газы, проходящих курс психиатрической реабилитации в гуманитарных центрах. Один из них — Вахид из Хан-Юнеса, который живет с родителями и множеством братьев и сестер в доме площадью 70 кв. м. Вахид окончил университет, но не смог найти работу по специальности и кормит семью случайными подработками. Жениться из-за столь бедственного материального положения он не может. На курс психиатрической реабилитации попал после попытки самоубийства.

Лейла приводит рассказ 40-летней женщины, пытавшейся покончить с собой на фоне понимания того, что не может выбраться из долгов, кормить детей нечем, еще немного — и их с мужем и детьми выбросят за долги на улицу.

«Жители Газы находятся в постоянном состоянии апатии, никакой надежды у них не осталось. На всех общественных встречах звучит только один вопрос: «Сколько еще нам терпеть?», — пишет Лейла в завершение статьи.

Что тут сказать? Все это очень печально. Но не стоит забывать, что из-за ракетных обстрелов в помощи психологов и психиатров нуждаются около 40% детей Сдерота, кибуцев и мошавов, прилегающих к сектору Газы, а также немалая часть взрослого населения района. И жители сектора должны понять, что пока ХАМАС продолжает обстреливать Израиль и рыть диверсионные туннели, никаких улучшений в их жизни не произойдет.

Петр ЛЮКИМСОН

«Новости недели»