Алла Фролова: "Московское дело" – это поломанные судьбы

Сотрудничающие с проектом адвокаты помогают в судах, вплоть до подачи жалоб в ЕСПЧ. Вся помощь бесплатна. Проект существует на добровольные пожертвования. В работе «ОВД-Инфо» задействовано более 200 волонтеров.

Пытаются запугать

– В последнее время все чаще можно слышать о развале «московского дела». Все время хочется спросить у оптимистов: а как же тогда уже осужденные на реальные сроки Котов, Коваленко и другие?

– Я бы не стала разбрасываться такими словами, как «разваливается». Сейчас мы видим: с каждым из нас можно сделать все что угодно. Они идут разными путями. Где-то слишком пережали, открыв 141-ю статью «помеха выборам» и организовав массовые обыски в штабах Навального. Причем даже у тех, кто к Навальному никакого отношения не имеет – в регионах это просто активные граждане. В Москве нас много, а в провинции – все наперечет. Есть, скажем, десять человек, но против них есть писаные инструкции, что делать для того, чтобы протест успокоился, кого надо задержать. В Краснодаре я такую лично читала. Там все активисты по именам перечислены.

Самое беспрецедентное дело – дело Котова, которое идет в нарушение даже рекомендаций Конституционного суда. То есть это плевок в КС, постановивший заводить уголовное дело только в случае общественной опасности содеянного. А Котов сидит за то, что вышел из метро, даже не доставая плаката. Просто вышел. Ну и что? Давайте сейчас любого из нас точно так же привлечем?! Но, смотрите, они не хотят огласки. Сейчас, после того как актеры вступились за Павла Устинова, люди стояли возле администрации президента в одиночных пикетах, и никто их не хватал. В другие разы власти поступили бы иначе. Следовательно, что-то сдвинулось. Есть шанс, что они начнут задумываться над тем, что надо заканчивать с этим. Или признать, что у нас полицейское государство.

– Ильдар Дадин, прежде чем его именем назвали ст. 212.1 (многократные нарушения на митингах, шествиях и пикетированиях), почти год просидел под домашним арестом, было длинное разбирательство, и в итоге ему дали три года. Котов же моментально получил 4 года. Для чего эта стремительность и беспредел?

– Они пытаются этим запугать: сидите дома! Не надо ходить ни с какими плакатами. А если что-то не нравится, так и быть – поговорите на кухне. Опять же они боятся любого озвучивания происходящего. Потому что система, кажется, пошла вразнос. Но еще есть за кого бороться – например Егор Жуков, чей домашний арест лучше тюрьмы только с точки зрения бытовых условий. Это и еще находящиеся под следствием Раджабов, Фомин, Чирцов, которого из Минска выдернули. Есть еще Эдуард Малышевский, который хотел помочь другому задержанному, оказался в автозаке, а в итоге его посадили на 13 суток за вышибленное стекло в автозаке, обвинив в хулиганстве. Есть еще те, кто находится в тюрьме, а все предъявленное им – ложь. Костя Котов – он же вообще, если вдуматься, идеальная фигура. Человек, который появился на протестах случайно. Он – сосед Павликовых (Аня Павликова – фигурантка дела «Нового величия». – Авт.), стал помогать семье, увидел всю творящуюся вокруг этого дела несправедливость, стал выходить на митинги, говорить:  это неправильно, это нечестно. Результат – следствие по Котову шло два с половиной дня! Его даже не допросили. Сам Котов не давал показаний – он просто не успел. За него всё решили.

Кто следующий?

– Кстати, сколько раз и против кого применялась ст. 212.1? Кто, так сказать, самые опасные «государственные преступники» в этой стране?

– Для понимания: ст. 212.1 и та, по которой судят «Открытую Россию» – ст. 284.1 (о нежелательных организациях) – это две политические статьи. Первым, кого привлекли по 212.1, был Владимир Ионов, пенсионер. Он каждый день выходил на Манежную площадь с плакатом «Путин – позор России», на котором внизу он всегда писал свой мобильный телефон. Вторым был Марк Гальперин. У него дело развалилось, поскольку не все его «административки» прошли через Мосгорсуд. А у Котова прошли все, так как есть заказ. Третьим был как раз Дадин, и он первый получил реальный срок. Четвертой стала Ирина Калмыкова, гражданская активистка (и многодетная мать. – Авт.). Пятый – Вячеслав Егоров, экоактивист из Коломны. У него до сих пор ограничение в передвижении, и он может быть следующим, кто получит реальный срок. Шестой – Андрей Боровиков, это Архангельск, Шиес (27.09 приговорен к 400 часам обязательных работ). Понимаете, не обязательно трогать власть. Если ты недоволен тем же мусором, ты можешь быть за это наказан. И седьмой – Костя Котов. Власть на нем отыгралась по полной. Он первый, кто по этой статье получил меру пресечения под стражей в СИЗО. И срок – 4 года. За то, что человек не принес вообще никакого вреда! Если вдуматься, это страшно.

Продолжение на следующей странице