Женщинам в США всерьез угрожает потеря права на аборты — как дошло до такого
Верховный суд США может отменить в стране конституционное право на аборты. Издание Politico опубликовало черновик решения, который представляет собой обобщенное мнение большинства судей. Подобные изменения во многом стали возможны благодаря тому, что в период Трампа консерваторы получили большинство в высшем судебном органе США, но в исторической перспективе происходящее — результат все более растущей политизации темы аборта. Право на прерывание беременности стало камнем преткновения между республиканцами и демократами всего несколько десятилетий назад, и сейчас в преддверии выборов эта борьба достигает наивысшей точки.
Небезопасные аборты и дальнейшие ограничения прав меньшинств
Последние события в США стали очередным напоминанием о том, что никакие результаты борьбы за права женщин нельзя назвать окончательными. История запретов абортов в США начинается в середине XIX века, но, в отличие от сегодняшнего конфликта, ее главными участниками были представители медицинского профессионального сообщества.
Доступный аборт и женская монополия на знания
До середины XIX века прерывание беременности было распространенной и не стигматизированной процедурой. В это время от 20 до 35% беременностей заканчивались так называемым «восстановлением менструальной регулярности». Основными средствами для совершения аборта были травы, выращиваемые в собственных огородах, или же препараты, которые отпускались в аптеках без рецепта. Для белых состоятельных женщин и белых женщин среднего класса аборт входил в сферу репродуктивного здоровья. Решение о прерывании беременности принималось лично женщиной, а не докторами. Однако ситуация была совершенно иной для порабощенных женщин, тела которых контролировались, так как их дети считались имуществом рабовладельца.
Решение о прерывании беременности принималось лично женщиной, а не докторами.
До профессионализации медицинского сообщества женщины также обладали монополией на знания о репродуктивной сфере и зачастую обращались за помощью к другим женщинам-повитухам.
В соответствии с Британским общим правом, в XIX веке аборт был разрешен до момента шевеления плода, которое могла заметить и подтвердить только сама женщина. Обычно это происходит между четвертым и шестым месяцами беременности. Это делало фактически невозможным судебное доказательство того, что прерывание беременности было совершено после начала движения плода. Кроме того, аборт, совершенный после этого момента, считался преступлением лишь небольшой тяжести.
Историки считают, что запрет на аборт после начала шевеления плода существовал для того, чтобы сохранить жизнь женщины. Прерывание беременности на более позднем сроке выполнялось с помощью специальных инструментов и несло больше рисков для жизни женщины.
Антиабортная борьба и монополия на экспертность
Первыми антиабортными активистами в США стали представители профессионального медицинского сообщества. Они заявили о том, что беременным женщинам должны помогать доктора с лицензией, а не повитухи.
Врач-гинеколог Горацио Сторер занимался антиабортным лоббированием и даже организовал настоящий «Крестовый поход врачей против абортов» в рамках Американской Медицинской Ассоциации. По мнению историков, для многих врачей, выступавших за регулирование аборта, основной целью кампании была ликвидация конкуренции женщин-повитух.
Для многих врачей, выступавших за регулирование аборта, основной целью кампании была ликвидация конкуренции женщин-повитух.
К началу XX века аборт был запрещен во всех штатах. Однако почти все законы, принятые в то время, предполагали случаи исключения, когда прерывание беременности было необходимо для спасения жизни женщины. Это решение принималось исключительно лицензированными докторами.
Знания женщин о репродуктивной сфере значительно ограничил закон 1873 года, запрещающий пересылку непристойных материалов. К ним относилась и информация об аборте и контрацепции. В 1906 году был также введен запрет на продажу неверно маркированных и «вредных» лекарств и препаратов. Совершить безопасный аборт с помощью медикаментов стало еще сложнее.
Принятые законы наделили докторов монополией на экспертность и исключительным правом на принятие решения о необходимости прекращения беременности. Также запреты привели к возникновению черного рынка абортов и, как следствие, к росту женской смертности в результате подпольных процедур. Криминализация этого рынка нанесла особенно сильный удар по афро-американкам и пуэрториканкам. Именно они чаще остальных умирали в результате нелегального прерывания беременности.
«Мое тело, мой выбор»: борьба за легализацию аборта в США
Но не все врачи поддерживали запрет на прерывание беременности. Многие из них выполняли нелегальные аборты, ссылаясь на риски для здоровья и жизни женщины. Однако с середины XX века, с развитием медицины и появлением более точных и эффективных методов гинекологической и акушерской помощи, использовать подобную риторику оправдания становилось все сложнее.
В 1960-е годы мнение о необходимости либерализации закона об аборте находило все большую поддержку в обществе. В первую очередь это было связано с серьезными последствиями употребления беременными талидомида, седативного снотворного лекарственного средства. С помощью него женщины боролись с утренней тошнотой и тревожностью. Как позже выяснилось, в результате приема препарата рождались дети с серьезными врожденными дефектами. Многие из них не доживали и до года.
На отношение к абортам повлияла и эпидемия краснухи, в результате которой родились десятки тысяч детей с глухотой, слепотой, пороками сердца и умственными проблемами. Вспышка этой болезни показала, что в аборте нуждаются не только представители меньшинств и бедные слои населения, но и белые обеспеченные женщины.
Переход от требований реформирования закона, запрещающего аборт, к требованию полной его отмены произошел в конце 60-х годов. Это было связано со значительным ростом влияния феминистского движения второй волны. Как заявляла Бетти Фридан, лидер Национальной организации женщин в США и автор «Загадки женственности» (1963): «Право женщины контролировать свой репродуктивный процесс должно быть установлено в качестве основного, неотъемлемого, человеческого, гражданского права».
За отмену запрета на прерывание беременности выступала и ветвь экологического движения, активисты которой занимались вопросами сексуальной свободы и контроля численности населения. Особенно важную роль в борьбе за право на аборт внутри этого направления играла группа «Нулевой прирост населения», сформированная в 1968 году.
В результате общественного давления четырнадцать штатов реформировали, а еще четыре (Нью-Йорк, Гавайи, Аляска и Вашингтон) отменили закон, запрещавший аборт.
В результате общественного давления четырнадцать штатов реформировали, а еще четыре отменили закон, запрещавший аборт.
В ответ на появление общественных движений, боровшихся за право на аборт, сформировалась и оппозиция. В нее входили Католическая церковь, врачи и домохозяйки, боровшиеся за права эмбриона.
В начале 1970-х годов республиканская партия намеренно обострила конфликт вокруг абортов. Ричард Никсон, кандидат в президенты в 1972 году, использовал в своей кампании тему прерывания беременности с целью выиграть поддержку католиков, жителей традиционно консервативных южных штатов и всех тех, кто обычно голосовал за демократов, но придерживался антиабортных взглядов. Таким образом, поляризация общества произошла еще за несколько лет до исторического судебного вердикта по делу «Роу против Уэйда» 1973 года, которое легализовало аборт по всей стране.
В конце 1960-х Норма Маккорви (в суде выступала под именем Джейн Роу) забеременела и захотела сделать аборт. Для этого она поехала в Техас, потому что законы этого штата позволяли прерывать беременность в случае изнасилования и инцеста. Однако факт насилия женщине доказать не удалось. Тогда от ее имени был подан иск в окружной федеральный суд штата. Ответчиком выступил окружной прокурор Генри Уэйд. Суд вынес решение в пользу истицы по существу дела, однако отказал в наложении запрета на соответствующие законы об аборте. В порядке апелляции дело дошло до Верховного Суда США, который вынес решение в пользу Роу и признал, что конституционное право на частную жизнь включает право женщины на прерывание беременности по собственному желанию. Таким образом вердикт высшего судебного органа США легализовал аборты по всей стране. Член Верховного Суда, Гэрри Блэкман назвал решение по делу «шагом, который необходимо было сделать, если мы идем по пути полной эмансипации женщин».
В результате легализации число подпольных абортов сократилось с 130 тысяч в 1972-м году до 17 тысяч в 1974-м. Значительно уменьшилось и количество смертей в результате нелегального прерывания беременности: с 39 случаев в 1972-м году до 5 в 1974-м.
Продолжение на следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.