«Ду ю спик инглиш?»

  Цви ЗИЛЬБЕР - редактор и ведущий радио РЭКА , специально для газеты «Эхо» /Израиль/

 Читаю новостное сообщение на сайте Ynet. Подзаголовок: «Юг Израиля обстреляли ракетами. Дональд Трамп отменил свой предвыборный митинг в Чикаго». Ничего себе, — подумал я. — Надо же, как Трамп за нас переживает. Он настолько встревожен возобновлением агрессии ХАМАСа против Израиля, что даже не в состоянии проводить весьма важное для своей политической карьеры мероприятие!

 Впрочем, дальнейшее прочтение материала заставило меня улыбнуться. Редактор поставил вместе несколько заметок на совершенно разные темы, и ночной обстрел из Газы не имел никакого отношения к митингу в Чикаго, который пришлось отменить по совершенно банальной причине: противники Трампа устроили ему обструкцию, которая в потенциале могла перерасти в уличные беспорядки. Чикаго — город Обамы, давайте не забывать.

Тем не менее, сначала я действительно поверил, что между двумя событиями существует связь. Ведь израильская тема является весьма доминантной в американской предвыборной полемике. Особенно в Республиканской партии, где каждый из кандидатов, один за другим, клянется в вечной любви к Израилю и преданности главному стратегическому союзнику США. Хотелось добавить «на Ближнем Востоке», но не стал. Потому что у США союзников остается все меньше и меньше. И во многом благодаря невнятной внешней политике Обамы.

Вспомните, сколько у нас было писано-говорено о «не сложившихся» отношениях между Биби и Обамой. Даже анекдоты появились. В принципе, тенденция была понятна еще 7 лет назад, когда Обама начал свою первую каденцию. Один известный политолог тогда сказал полушепотом: «Никогда еще президент США не был столь далек от Израиля, генетически»...

Вообще, вспоминая, сколько всего было сказано тогда, 7 лет назад, я полностью отдаю себе отчет, что большая часть этих прогнозов сбылась. Чемберленская внешняя политика (которая привела и к войне, и к позору), социалистический подход к экономике (практически с 2008 года вся мировая экономика застряла в вялотекущем, но очень неприятном кризисе), реверансы в сторону радикального ислама (которые привели к «народному» террору одиночек во всем мире). Оказалась права и Сара Пейлин, которая 7 лет назад написала в своем блоге: «Если Обама станет президентом, то Путин захватит Крым». Леволиберальная американская пресса сделала тогда из нее круглую идиотку, претендующую на пост вице-президента США, но ничего не смыслящую в геополитике. Сегодня, когда прогноз Пейлин подтвердился, никто из этих авторов не поспешил перед ней извиниться.

Только не надо говорить, что в большой политике есть «только интересы» и «ничего личного». Чушь! Все лично. Это как неомарксисты пытаются любое событие объяснить деньгами и корыстью. Посмотрите на Эрдогана. Он близкий друг Обамы. И, как отмечают американские аналитики, между ними существует «качественное общение». Обама многие вещи на Ближнем Востоке видит глазами турецкого лидера, который испытывает к Израилю религиозную ненависть, о чем посол США в Анкаре сообщал в госдепартамент США (спасибо «Викиликсу»). Сегодня Эрдоган демонтирует останки ататюрковской демократии, но США, самый большой борец за демократию во всем мире, молчит. Зато проблема строительства в поселениях, надуманная, искусственная, смехотворная, не дает Обаме покоя.

Оставьте Израиль, возьмите Великобританию. 70 лет назад, в 1946 году, Уинстон Черчилль провозгласил «особенные отношения» между странами. США и Великобритания, две державы с общим культурным, языковым и историческим прошлым, стали ближайшими союзниками. Такое положение вещей сохранялась все эти семь десятилетий. Вспомните блистательные тандемы, оставившие яркий след в истории: Рузвельт — Черчилль, Рейган — Маргарет Тэтчер, Джордж Буш — Тони Блэр. Но, оказывается, Обама «генетически далек» не только от Израиля.

В конце прошлой недели вышло очередное интервью с Обамой известного американского (еврейского) блоггера Джеффри Голдберга, который считается приближенным американского президента, с которым тот делится самыми сокровенными мыслями и чаяниями.

Что же мы читаем на этот раз? «Когда мы хотим говорить по делу, мы звоним к Меркель». В Британии эти новости вызвали определенный переполох, и политологи по обе стороны Атлантического океана пытаются найти причины ослабления исторических связей. Чего только не понаписали! И ослабление позиций Великобритании, и рост экономического влияния Китая, и т.д. и т.п. Мне кажется, реальная картина намного проще. Дэвид Кэмерон, премьер-министр Великобритании (как и Биби), слишком правый и антиисламский для Обамы. Судите сами. Кэмерон проводит закон против бойкота Израиля. Кэмерон жестко сопротивляется притоку беженцев с Ближнего Востока, угрожая даже покинуть Евросоюз. То ли дело Меркель, которая словно стыдится своей правой политической ориентации. Меркель договаривается с любимчиком Эрдоганом, который, фактически, приставил свой кривой турецкий ятаган к горлу Евросоюза.

Белый дом, как и подобает официальной структуре, тотчас принялся отвешивать реверансы во все стороны и задраивать пробоины пустой болтовней. Извинялись, уточняли. Особо деликатным моментом стала критика Обамы в адрес Кэмерона, которого, в принципе, президент США считает виновным за нынешнюю ситуацию в Ливии. Обама доверительно рассказал Голдбергу, что долго сомневался, прежде чем принять решение о военном вмешательстве в Ливии. Он посчитал, что нельзя дать палачу Каддафи победить. Такого же мнения придерживались и союзники. Но, по его словам, союзники не сделали почти ничего, чтобы обеспечить стабильность или какую-нибудь преемственность власти в Ливии, и после свержения Каддафи эта страна превратилась в полигон террористов всех мастей, но, прежде всего, «Исламского государства». Обама рассчитывал на своих союзников: «В последние десятилетия это уже стало привычкой, лидеры подталкивают нас к действиям, но сами рисковать не желают».

После этой фразы Голдберг переспросил у Обамы: «Ловят попутку (трэмп)?» «Ловят попутку», — подтвердил Обама. И добавил: «У меня было больше доверия к европейцам, которые участвовали в мониторинге ситуации в Ливии, но у Кэмерона голова была занята множеством других вещей». Досталось и бывшему президенту Франции Николя Саркози: «Саркози хвастался бомбардировками в Ливии, хотя львиную долю этой работы делали мы».

Белый дом поспешил исправить ситуацию: «У президента не было более верного и преданного союзника, чем премьер-министр Кэмерон. Мы высоко ценим вклад Соединенного Королевства в дело нашей общей безопасности, а также решения задач нашей внешней политики, которая отражает наши особенные и незаменимые отношения».

Кстати, досталось и Нетаниягу. Обама рассказал, что на одной из встреч тон главы правительства Израиля показался ему слишком назидательным. «Биби, ты должен понять кое-что, — сказал ему «генетически далекий» президент. — Я афроамериканец, выращенный матерью-одиночкой. Сейчас я живу в Белом доме. Мне удалось стать президентом США. Ты не думаешь, что я знаю, о чем говорю?» Какие отношения могли сложиться у лидеров двух стран, если «старший брат» позволяет себе столь хамский тон? Но это так. К слову.

Я не буду выводить какую-то мораль. Закончу моим любимым европейским анекдотом. Янки поехал в Европу впервые в жизни. Приземлился в лондонском аэропорту Хитроу. Какой вопрос он задал, едва спустившись по трапу самолета? «Ду ю спик инглиш?»!