Арик Эльман .Специально для газеты "Эхо" Израиль
В теракте вечером 8 июня в Тель-Авиве нет, разумеется, ничего принципиально нового или неожиданного. Двое палестинцев-родственников, жителей деревни Ятта неподалеку от Хеврона (известной как инкубатор террористов), принадлежащих к клану, который (из-за традиционных подозрений в происхождении от евреев Аравийского полуострова) является одним из самых враждебных Израилю в деревне, воспользовались, скорее всего, послаблениями в режиме контроля, объявленными новым министром обороны Авигдором Либерманом по случаю месяца Рамадан, проникли в наверняка хорошо знакомый им Тель-Авив и попытались убить как можно больше евреев
Обстоятельства теракта — это наша израильская рутина, к цифре невинных жертв прибавилось еще четыре имени, и тратить внимание читателей, на мой взгляд, стоит не на эмоции, пусть и вполне оправданные, а на некоторые практические наблюдения.
1.
Первая реакция некоторых израильских комментаторов, мышление которых, увы, не поднимается выше символов и лозунгов: «Почему до сих пор не достроен забор безопасности?». Прежде всего, стоит напомнить, почему израильские левые комментаторы так любят забор. Они очень надеются, что именно вдоль этих защитных сооружений, которые почти не задевают «палестинские земли» Иудеи и Самарии, и пройдет окончательная граница Израиля — либо по соглашению (Барак Обама в свое время регулярно разбрасывал намеки на то, что «стена безопасности — это уже граница», и осталось договориться только о порядке эвакуации евреев с территорий к востоку от нее), либо явочным порядком, как в свое время в секторе Газы. Израильское армейское руководство охотно с этим планом сотрудничало — тот, кто проезжает через КПП у Модиина или на северном въезде в Иерусалим, не может не увидеть в них явные признаки будущей государственной границы. Арабские районы Иерусалима, оказавшиеся за чертой «забора безопасности», под властью Израиля сегодня уже фактически не находятся.
Однако дело тут даже не в планах нового «размежевания» поклонников идеи палестинского государства на всей территории Иудеи и Самарии. Обратите внимание на странную логику — мы знаем, откуда берутся террористы. Мы знаем, кто оказывает им помощь. Мы знаем, в какой дружественной среде поклонников убийства евреев они действуют. И тем не менее, вместо того чтобы ограничивать их свободу передвижения, мы стремимся ограничить самих себя — заборами, охранниками, детекторами — в то время как жители террористической деревни Ятта смогут и далее без проблем добираться до линии наших защитных сооружений.
Более того, стена из бетона, колючая проволока — это не тотемные идолы, которые самим своим существованием отпугивают враждебные племена. Без реального (и дорогостоящего) присутствия израильских сил безопасности на всей его протяженности «забор» сам по себе ни одного террориста не остановит, а патрулировать надо десятки и сотни километров — длина «зеленой черты» составляет, если кто забыл, 330 километров.
Разумный подход к проблеме состоит не в том, чтобы бороться за жизнь израильтян на подступах к «Сарона Маркет», а охранять их безопасность на подступах к деревне Ярка. Если где и надо строить заборы, стены, башни с прожекторами и КПП со шлагбаумами, так это вокруг деревни, стабильно из года в год поставляющей убийц евреев (то же самое, кстати, касается и ряда арабских деревень, инкорпорированных по ошибке в состав Иерусалима). Идея о том, что проникнутый ненавистью к евреям коллектив, буквально поклоняющийся «шахидам», должен априори располагать свободой передвижения, а не находиться под постоянным надзором, весьма гуманна, но у нее есть цена, и она измеряется в еврейских трупах.
2.
Поскольку двое убийц попали в руки израильских сил безопасности живыми (хотя будущее одного из них все еще туманно, несмотря на самоотверженные усилия врачей), стоит особо отметить, насколько бессмысленной и лишенной всякого потенциала устрашения является израильская система наказания террористов. Принятая в цивилизованном мире концепция наказаний, опирающаяся на относительно гуманную пенитенциарную систему, предполагает возможность перевоспитания и реабилитации преступника. Поэтому заключенные в западных и израильских тюрьмах обладают целым спектром «поблажек», цель которых — сделать так, чтобы они не вышли на свободу озлобленными на все общество рецидивистами, которые оправдывают свой криминальный путь желанием отомстить.
Опыт, к сожалению, учит, что эта концепция работает далеко не всегда даже в таких странах, как США, где тюрьмы превратились в базы подготовки криминальных и бандитских кадров, в основном из числа расовых и этнических меньшинств. Однако в США, по крайней мере, смирились с мыслью о том, что хронических преступников надо держать в тюрьме, пусть и навсегда. У нас, когда речь заходит о палестинских террористах, даже и тени здравого смысла найти нельзя.
Для начала стоит признать, что никаких шансов на перевоспитание или раскаяние террористов, отбывающих срок в израильской тюрьме, нет. И дело тут не только в щедрых субсидиях от «умеренного» руководства Палестинской автономии. Палестинские террористы хотят убивать евреев и уничтожить еврейское государство. Эти стремления полностью соответствуют как их собственным базисным моральным ценностям, так и взглядам и ценностям общества, в котором они обитают. То, что мы называем военным преступлением или убийством мирных жителей, палестинцы считают актом героизма и святым делом во имя ислама. Чтобы изменить эту ситуацию, надо перевоспитывать не индивидуальных заключенных террористов, а все палестинское общество — задача совершенно нереальная.
Поэтому никакие поблажки, никакие «жесты доброй воли» в отношении террористов не имеют никакого смысла, за исключением одного, крайне неприятного. Раскроем секрет — большинство льгот, которыми пользуются заключенные палестинцы и которые нас так возмущают, предоставляется им израильской системой безопасности потому, что в обмен палестинские заключенные и их лидеры делают жизнь израильских тюремщиков проще и спокойнее. Как и в армии, где активные наступательные операции чреваты карьерными проблемами, а рутина обеспечивает автоматический карьерный рост, так и за заборами израильских тюрем бунты заключенных или голодовки не прибавляют сотрудникам тюремного управления ни в зарплате, ни в репутации. Гораздо проще пустить дело на самотек, позволить заключенным террористам устроить самоуправление, закрывать глаза на контрабанду и на наглое поведение палестинских «адвокатов» — тем более что, в отличие от «обычной» тюрьмы, никакие усилия тюремщиков тут не помогут изменить заключенных к лучшему — террорист останется террористом.
Если Государство Израиль не готово перейти к практике казней террористов, оно должно существенно пересмотреть порядок их тюремного заключения, с тем чтобы максимально ужесточить его условия — вплоть до введения практики перманентного одиночного заключения. О другом аспекте фарса под названием «наказание террористов» — обменах заключенных убийц евреев на одного, но оооочень симпатичного солдатика — просто не хочется говорить.
3.
Последний элемент «борьбы с террором», о котором стоит здесь упомянуть — это, конечно же, патологически непостоянная политика Израиля в отношении трупов ликвидированных террористов. За грозным заявлением о том, что «возвращения тел не будет», следует тихая «репатриация». Нам объявляют, что «семья согласилась на сдержанные похороны без провокаций», а на деле очередные похороны шахида превращаются в многотысячную манифестацию всех сторонников терроризма в окрестности. Удержание тел для последующего обмена легитимизирует, как в порочном круге, похищение останков израильских солдат палестинцами и оставляет неприятное моральное ощущение.
Выход из этой неудобной ситуации прост. Государство Израиль должно официально объявить, что оно не признает права убийц евреев на какие-то там «достойные» похороны, и если семья убийцы евреев воспитала такое чудовище, она тоже не имеет права превратить его могилу в святыню терроризма. Тела убитых террористов должны утилизироваться, как утилизировали мы труп Адольфа Эйхмана, рассеяв его пепел. Эйхман был мега-убийцей евреев, но каждый палестинский террорист — это маленький Эйхман, и нам совершенно незачем повторять моральное банкротство Барака Обамы, который продолжает гордиться своим решением похоронить Усаму Бин-Ладена «в соответствии и с уважением к исламским традициям».
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.