Когда исчезает старый мир
Ситуация радикально изменилась после распада советской империи. Знакомый и относительно безопасный мир исчез. На обломках интернационалистского (пусть лишь на словах) Союза появились независимые национальные государства. Одновременно начался глубокий экономический, общественный и моральный кризис.
Евреи в очередной раз оказались "на виду": как евреи и как (в первую очередь за пределами России) носители языка и культуры бывшего гегемона. Это явление возникло не только в искавших свою идентичность новых государствах, но даже в сердце давней империи. Родившаяся в Москве Ксения Светлова, востоковед и бывший политик, вспоминает, как ее профессорская семья начала в 1990 году находить в почтовом ящике антисемитские анонимки.
Самой насущной проблемой стала утрата материальных основ существования. Родившийся в украинском Первомайске израильский политик Евгений Сова недавно рассказывал в Кнессете, как в 1993 году, когда ему было 13 лет, он вместе с не получавшей зарплату матерью-инженером занимался уборкой сахарной свеклы. Платили им сахаром, который они потом продавали на рынке. Выход в такой ситуации оставался один: эмиграция.
Но куда? Для оторванных от традиций советских евреев Израиль вовсе не выглядел естественным местом назначения, им были, скорее, США, предлагавшие более привлекательные экономические перспективы. Однако израильские власти, стремившиеся укрепить демографический потенциал страны, хотели, чтобы масштабный постсоветский поток миграции направился именно в Израиль. Лоббирование принесло плоды: США ужесточили иммиграционную политику, и река бывших советских граждан потекла в Израиль. В 1988 году туда приехали 2 тысячи человек, в 1989 — 12 тысяч, а в 1990 — уже 185 тысяч.
Первое (взаимное) потрясение
Для большинства это был прыжок в неизвестное. Они оставляли всю прежнюю жизнь и ехали в страну, о которой ничего не знали и мало что могли узнать. Информация, почерпнутая из советских энциклопедий, слухов и цветных проспектов Еврейского агентства вряд ли могла подготовить к тому, что их ожидало.
Степенные советские граждане попали в общество, презирающее любой формализм и иерархии, ведущее ожесточенные мировоззренческие споры, стремительно обогащающееся, обожающее все американское, а одновременно в культурном плане становящееся все более ближневосточным. Кроме того, его сотрясала тогда Первая интифада — палестинское восстание на оккупированных после 1967 года землях. Короче говоря, они оказались в экзотическом и чуждом окружении, и, естественно, пережили потрясение.
Сам Израиль тоже не очень хорошо понимал, как ему быть с новыми "русскими" гражданами, и не слишком интересовался, что они собой представляют. Один иммигрант того времени, который стал сейчас титулованным врачом, вспоминал: "После пересечения границы твоя жизнь обнуляется. Никого не интересует, кто ты, что ты пережил, что знаешь. Если ты не владеешь ивритом или английским, то тебя нет. При этом каждый болван стремится учить тебя жизни и тому, как стать израильтянином".
Болезненное падение
Прибывших, конечно, ждала работа, но в сельском хозяйстве, на стройках, в розничной торговле или "клининге". Некоторым не приходилось жаловаться. Преподаватель научного атеизма из Душанбе (реальный случай) не мог ожидать, что новая страна даст ему шанс остаться в профессии, и был счастлив стать пекарем, продающим в Тель-Авиве среднеазиатскую самсу (со временем он неплохо преуспел).
Другое дело выпускники московских, ленинградских или киевских университетов, политехнических и медицинских институтов, обладатели красных дипломов и государственных наград. Для них падение оказалось болезненным, многим так и не удалось от него оправиться. Существующий в Израиле стереотип об образованном выходце из СССР, который стал охранником, кассиром, уличным музыкантом или уборщицей, появился не на пустом месте. Он складывается из тысячи историй, до сих пор порождающих ощущение обиды и несправедливости.
Кроме того, израильское общество, в особенности его более религиозная часть, скептически относилось к еврейскому происхождению иммигрантов. Людям, которых стигматизировали и дискриминировали в СССР, отказывали в праве на еврейское самосознание.
Продолжение на следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.