Проблема национального масштаба. Так в полиции характеризуют драки, которые вспыхивают в различных точках страны между молодыми людьми и целыми молодежными компаниями
Не было за последние годы ни одного уик-энда, в который не фиксировались бы десятки, а то и сотни подобных столкновений, и в больницы не доставлялись бы их жертвы с тяжелыми телесными повреждениями и ножевыми, а иногда и огнестрельными ранениями. Подавляющее большинство таких случаев остаются незамеченными СМИ, включая и нашу газету — газетная площадь отводится под рассказ о более тяжелых преступлениях, к тому же молодежные драки давно уже стали в Израиле рутиной. Но в том-то и ужас, говорят в полиции, что драки стали привычным явлением.
— Существует множество поводов для драки в публичных местах, но истинная их причина сводится к знаменитой арабской притче: «Спросили двух лисиц, почему они спорили. «Потому что он наступил на мою тень!» — ответили обе», — говорит бывший генинспектор полиции Шломо Ааронишки. — Я хочу сказать, что чаще всего драки начинаются потому, что кому-то показалось, будто другой человек преступил границы его личного пространства, унизил или затронул его честь. Причем зачинщику неважно, так ли это на самом деле, или ему показалось. Проблема в том, что в публичном месте выяснение отношений развивается весьма стремительно, иногда буквально в секунды, и, если не находится человека, способного вовремя пригасить страсти, драка между двумя очень быстро перерастает в групповую. И чем она закончится, целиком зависит от случайных обстоятельств. Хорошо, если не убийством…
Шломо Ааронишки подчеркнул, что говоря о человеке, способном вмешаться и остановить драку, он вовсе не имеет в виду только полицейского.
— Было бы хорошо в каждом публичном месте поставить полицейского или охранника, а то и двух, — пояснил он, — но это, увы, невозможно. Никакого бюджета не хватит! Многое зависит от неравнодушия граждан.
Некоторые драки, происходившие в последние месяцы, привлекали пристальное внимание общественности и освещались в СМИ. Например, столкновение между городскими инспекторами и местной подвыпившей молодежью на пляже в Кирьят-Хаиме; драка на пляже в Акко, когда свыше десяти мужчин избивали одного на глазах спокойно наблюдавших за этой сценой отдыхающих; похожий инцидент на пляже в Бат-Яме; драки в городских бассейнах, одна из которых закончилась убийством; потасовка между охранниками и гостями из Восточного Иерусалима в холонском спорткомплексе «Ямит 2000» и т.д. Когда автор этих строк попросил полицейских разобрать каждый приведенный случай в отдельности, они рассмеялись: дескать, о чем говорить! Ничего выдающегося и заслуживающего особого внимания в этих драках нет, каждую неделю таких «вагон и маленькая тележка».
— Несомненно, существуют общие для всего мира и частные, касающиеся конкретной страны, закономерности, повышающие вероятность вспышки насилия в том или ином месте, — говорит глава Центра исследования преступности при Хайфском университете проф. Арье Ратнер. — К примеру, понятно, что если дело происходит в битком набитом людьми пабе или клубе, даже спор из-за стула может привести к насилию. Это одна из общих закономерностей. Но если в клубе находятся несколько групп, отличных по национальному, этническому или какому-либо иному признаку, вероятность насилия и его быстрого перехода от индивидуального к групповому увеличивается в разы. По той простой причине, что в таком месте автоматически происходит деиндивидуализация человека: каждый изначально, зачастую даже бессознательно разделяет присутствующих на «своих» и «чужих». В результате в случае столкновения между двумя молодыми людьми на автомате срабатывает принцип «наших бьют!» — и в драку моментально вовлекаются остальные. Причем каждая группа воспользуется тем оружием, которое принято в ее среде: кулаками, ножами, палками, камнями. Как вы понимаете, в Израиле, где бок о бок живут столько этнических и национальных групп, частота таких инцидентов высока. Когда дело доходит до разбора драк, обычно выясняется, что никто из участников не собирался ее затевать, у всех изначально были самые мирные намерения. Достаточно оказывалось неосторожно брошенного или неправильно понятого слова или взгляда, чтобы вспыхнул конфликт, и пламя распространилось так быстро, словно все вокруг было заранее облито бензином.
Израильские криминологи отмечают, что в любой молодежной компании есть те, кто изначально склонен к насилию, и те, кто старается его избежать. Собственно, склонность к насилию, по их мнению, является не врожденной, а приобретенной вследствие воспитания. Если ребенок с детства сталкивался с тем, что любые семейные проблемы решаются кулаками, если воспитывался в неблагополучном районе, где драки между детьми были обычным явлением, то понятно, что он прибегнет к насилию на дискотеке или в баре — хотя бы потому, что живет по своим понятиям о чести, и другие способы разрешения конфликта ему неведомы.
Известный криминалист, преподаватель колледжа Западной Галилеи и член комиссии по УДО проф. Ривка Гейгер обращает внимание на сопутствующие факторы, способствующие резкому росту насилия в молодежной среде. Одним из таких факторов она считает алкоголь, отмечая, что в жарком израильском климате он действует на человека несколько иначе, чем в холодном. Алкоголь, объясняет она, расслабляет тело, и организм ищет выход из этого состояния. Если на дворе стоит зимний холод, этот выход обычно заключается в безразличии к окружающему, поскольку организм сберегает энергию для поддержания тепла. Но в жару экономить тепло не нужно, организм жаждет пробуждения, активных действий и буквально ищет для них повод. Вот почему ситуация, которая в декабре в шведском баре закончится ленивой перебранкой, в июльскую жару в Израиле почти наверняка приведет к кровавой драке.
С этим, кстати, связан высокий уровень насилия в среде репатриантов из СССР в начале 1990-х годов: они выпивали привычную по прошлой жизни дозу алкоголя, не сознавая, что здесь она действует иначе. Сейчас это явление пошло на спад, хотя доля употребляющих алкоголь в среде русскоязычной молодежи не только не уменьшилась, но, увы, даже увеличилась. Но эти молодые люди родились и выросли уже здесь и потому пьют в заметно меньших количествах, чем их отцы и старшие братья. Хотя, конечно, случается всякое…
А вот молодые люди из другой общины с другого континента (не будем уточнять, чтобы не задевать их самолюбие) пьют гораздо больше, чем их предки на родине, и зачастую неспособны сохранить чувство меры, поэтому и приводов в полицию у них значительно выше, чем у сверстников из других общин.
Другим сопутствующим фактором Ривка Гейгер называет СМИ и социальные сети, в которых сегодня то и дело появляются видеоролики, запечатлевшие сцены насилия в натуральном виде, без всякой редактуры.
— Насилие порождает, воспитывает и легитимизирует насилие! — убеждена профессор. — Доказательством служит то, что после появления любого такого ролика следует всплеск подобных преступлений.
Наконец, проф. Гейгер, как и проф. Ратнер, признает важность национальных норм и традиций и говорит об этом уже без оглядки на политкорректность.
Продолжение не следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.