Арик Эльман / Специально для газеты "Эхо"/ Израиль
Когда гражданин Израиля Леонид Вайнштейн, проживающий на исторической родине с сентября 1990 года, затребовал себе из министерства внутренних дел стандартную выписку из управления регистрации населения, он не ожидал увидеть там, что, оказывается, все эти 27 лет МВД родной страны числит его русским по национальности и… христианином по вероисповеданию. Вайнштейн, нееврей по Галахе, репатриировался в Израиль с родителями в возрасте четырех с половиной лет из Узбекистана, успел стать врачом, отслужить в армии, жил как обычный светский еврей в еврейском государстве и не подозревал, что все это время, строго по Кафке, в архивах МВД живет его русский православный двойник. Более того – попытка ликвидировать двойника и убедить сотрудников МВД, что русского христианина Вайнштейна не существует, потерпела неудачу – там предпочли верить собственной бумаге.
Когда публичный протест Вайнштейна в Фейсбуке стал достоянием общественности (на сегодня его пост поддержали и опубликовали более восьми тысяч пользователей), личная проблема одного израильтянина стала достоянием прессы, и на его сторону встали русскоязычные политики. Случай, конечно, возмутительный, но дело тут не в только в унижении одного человека. Проблема гораздо глубже.
Начать придется с напоминания – с 1989 года, когда началась так называемая Большая Алия из СССР, в течение 19 лет, пусть и с небольшими перерывами, в МВД правила одна партия – ШАС. Время от времени там, разумеется, появлялись министры из других, светских партий, но они никогда не задерживались в этом «скучном» министерстве больше полутора лет – всегда находилось что-то более интересное. А вот министры от ШАС всегда считали МВД своей святыней, и в коалиционных переговорах всегда настаивали на том, чтобы получить его, пусть даже за счет других постов. Обычно это удавалось – и левые, и правые охотно платили ШАС за гарантированную поддержку. Для ШАС МВД был дойной коровой, инструментом эффективного (и коррумпированного) влияния на муниципальные органы власти, которым в Израиле всегда не хватает средств. Мэр, который хочет получать дополнительные бюджеты и административные льготы, учился находить общий язык с ШАС. «Долголетие» ШАС в МВД позволяло ее представителям заполнять кадры министерства на всех уровнях «проверенными» людьми, и контролировать происходящее там даже тогда, когда в силу стечения политических обстоятельств в министерстве сидел представитель другой партии.
Однако вместе со своими кадрами ШАС принесла в МВД и дух своей идеологии, в которой, помимо обещания «вернуть былую славу» восточному еврейству, не было ничего, кроме обид, зависти, ксенофобии, малообразованности, узости кругозора и циничного желания эксплуатировать тех, кто когда-то на самом деле обижал и дискриминировал репатриантов из арабских стран. Когда ориентированный таким образом бюрократический аппарат вошел в соприкосновение с непростой реальностью репатриации из СССР-СНГ, последствия не замедлили себя ждать, и случай Вайнштейна – не исключение, а скорее особо скандальное проявление нормы. Если ты не можешь найти Узбекистан на карте, все русскоязычные будут для тебя русскими. Если еврей для тебя – это в первую очередь кипа на голове, тебе будет несложно решить, что «русский» без кипы – христианин. Мысль о том, что таким образом ты, представляя Государство Израиль, совершаешь грубый акт насилия над гражданином этого государства, отнимая у него его идентичность и навязывая ему качества, от которых он решительно отказывается, в голову не приходит и не может прийти, потому что для нее требуется иной уровень гражданского сознания.
Подобный подход государственной организации к своим гражданам можно исправить, если в Израиле появится руководство, готовое систематически уничтожать наследие ШАС в министерстве, имеющем столь существенное влияние на наш гражданский статус. Однако останется другая, принципиальная проблема. Леонид Вайнштейн, как и сотни тысяч других русскоязычных «неевреев по Галахе» - живой пример того, как практика реализации мечты о еврейской национальной независимости обогнала традиционные религиозные представление о еврействе. Годами мы повторяли мантру о том, что иудаизм – это и религия, и национальность. Однако чем старше становится Израиль, чем больше в нем доля граждан, родившихся здесь, чем меньше репатриация, тем резче становится противоречие между национальной и религиозной идентификацией евреев-израильтян. Отчаянное противодействие израильских ультраортодоксов любым переменам в этой сфере только обостряет этот конфликт.
Хочется верить, что принятие закона о признании Израиля национальным (а не религиозным) государством еврейского народа станет важным этапом на пути к формированию здесь еврейского национального коллектива, где религия и отношение к ней будут одним из факторов национальной самоидентификации, но не решающим среди них. Тогда даже чиновникам МВД будет понятно, что такое национальность, чем она отличается от вероисповедания, и истории наподобие той, что случилась с Леонидом Вайнштейном, больше не повторятся.
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.