Текстовая версия программы "Особая папка" с Яковом Кедми. Ведущий - Марк Горин
Друзья, мы с вами в программе «Особая папка». Со мной в студии мой компетентный собеседник Яков Кедми
- Яша, на днях исполнилось 14 лет с того не самого простого дня, когда израильтяне ушли из Газы. Дата не круглая. Но тема настолько острая и болезненная для нас, что мы все равно будем к ней возвращаться. Для начала – самый «простой» вопрос: мы правильно тогда поступили, уйдя из Газы, или нет?
- У людей короткая память. Чтобы оценить, как вышли, надо вспомнить, как туда вошли. Дело было в 67-м году. Правительство предупреждало, что не следует входить в Газу и объясняло почему. Нам там нечего было делать, мы ничего не могли поделать с тамошним количеством населения. От этого могли быть только проблемы. Вошли военные. Почему? А почему вышли к Суэцкому каналу, хотя политики предупреждали, что делать этого нельзя? Вышли, вошли… Решения принимались на уровне «полевых командиров».
- Но там же появились поселения…
- Да, после того, что вошли, сразу же последовал новый, никому не нужный шаг. Автором его была тогдашняя партия «Авода» (вернее, ее предшественники – партия МАПАЙ, но это дела не меняет). Как это ни странно, для сегодняшних израильтян, именно «Авода» решила строить там поселения. Еще тогда были робкие попытки вывозить оттуда палестинцев автобусами – но возмутилась Европа, и эти процессы быстренько прекратились. Что же касается наших поселений, то никто особо не задумывался, зачем они там нужны. Если кто-то помнит, была такая партия «Авода»; то, что сегодня называется этим словом – даже не карикатура на нее. Вот «Авода» и занималась тамошними поселениями. Первые поселения были сугубо светские, последующие вскоре оказались полностью религиозными; хотя, именно с религиозных позиций Газа не является частью Святой земли, так когда-то решили наши мудрецы – возможно, потому, что там жили филистимляне. Но все это опять-таки не давало ответа на вопрос «А что нам там делать?», зачем эти поселения нужны Израилю.
Впрочем, некоторые политики пытались искать объяснения. К примеру, Арик Шарон у себя на вилле доказывал тогдашнему (это было уже в 90-х) российскому послу Михаилу Богданову…
-… Ныне – замминистра иностранных дел России
- Совершенно верно. Так вот, Арик ему объяснял, что уход из Газы представляет для нас опасность, поскольку Израиль может оказаться под минометным огнем оттуда. Поэтому, говорил Арик, мы из Газы никогда не уйдем. Это, утверждал он, все равно, что уйти из Рамат-Авива…
- Да-да, я помню эту знаменитую фразу, это уже было при мне.
- Сказал? Сказал! Но вдруг его осенило, что оттуда все-таки надо уходить. Почему выходить, как выходить? Как не думали, когда входили, так не задумывались, когда решили выходить. Решили? Выходим. И с ним дружно согласились тогдашние соратники, включая сегодняшнего премьер-министра. Может быть, они и говорили что-то другое женам на кухне, но все дружно проголосовали «за»…
- Либерман был против…
- Да, Либерман, еще несколько человек были против. Буги Аялон не хотел оставаться на посту начальника Генштаба… Арик даже расстался в конце концов с Ликудом, в создании которого когда-то непосредственно участвовал, и большинство родной партии увел за собой в «Кадиму». В конце концов получилось, как получилось - самое ужасное было в том, что не задумывались как выходить, как это практически произойдет. Хуже, чем это было сделано, придумать трудно. Из Газы вышли без согласования с ее властями…
- …властями и Газы, и Рамаллы?
-Основные власти Газы тогда уже были в Рамалле, а Газа была подведомственна властям Палестинской автономии, частью которой она и де-юре, и де-факто являлась. Но Арик решил, что мы не будем с ними договариваться, он с этими властями говорить не хотел. Из Газы не ушли, ее просто бросили.
- А почему бросили, почему не хотели говорить об этом с властями автономии?
- Объяснение было ровно то же, что и сейчас: мы не хотим усиливать их авторитет, вступая с ними в переговоры… У людей действительно короткая память. Они забыли, что каждые несколько дней там погибал израильский солдат, забыли, как батальон ЦАХАЛа на коленях просеивал песок, чтоб найти там останки своих сослуживцев, погибших при очередном взрыве. Там было 1.5 миллиона арабов – теперь уже два, а в поселениях – на момент размежевания - жило (Аж!) 10 тыс. человек, 70% из них – дети. Девочку из поселения, которая хотела ехать на урок балета, должен был сопровождать взвод солдат, подвергая при этом свои жизни опасности. Чтоб там жили эти одна или две тысячи семей, они должны были находиться под охраной армии, для этого требовалась бригада, а то и дивизия. Армия платила кровью за каждый день нашего пребывания там. Но память-то короткая… Поэтому никто не хочет помнить, что первые ракеты террористов «кассамы», еще очень примитивные, но уже вполне угрожающие жизням израильтян, были сделаны и начали в нас стрелять еще когда наша армия стояла там, в Газе.
- И это уже был ХАМАС?
- Да, мы не помним и то, что за всем этим уже стоял ХАМАС… который был создан под нашим собственным покровительством. И когда мы ушли, то каждый палестинец «понял», что мы ушли потому что «нас ХАМАС выгнал». Соглашения-то не было. А с кем его было подписывать? ХАМАС мы не признавали, власти в Рамалле не уважали. Больше того. «Наместником» правительства Рамаллы в Газе был Дахлан, весьма влиятельная тогда фигура в автономии. Он сам родом из Газы…
- Да, его клан там был очень силен….
- Так вот, Дахлан, почувствовав опасность усиления ХАМАСа, попросил, чтоб Израиль разрешил перебросить некоторое количество солдат и оружия из Иудеи в Газу…
- Палестинцев?
- Конечно, палестинцев, бойцов милиции Автономии. Как отреагировал Израиль? Разумеется, отказал. И вот после этого ХАМАС овладел Газой. С нашего соизволения. А мы все ищем виновных в сегодняшних обстрелах. И вот когда ХАМАС овладел Газой, он стал править там так, как умеет, и делать то, что умеет: сбрасывал тех, кто поддерживал правительство Автономии с высотных зданий, простреливал им колени, убивал, грабил и совершенствовал ракеты против Израиля. И во всем этом ужасе там оставались 10-11 тысяч израильтян, гражданских людей. Сегодня ни один здравомыслящий человек, даже самый горячий приверженец поселенческой политики не предлагает вернуться в Газу…
- Вроде я слышал такие идеи от активистов Ликуда...
- Я же сказал «здравомыслящий»… Да, есть такие политики, желающие получить новые посты после «победы в Газе». Уверяю тебя, если мы оккупируем Газу, то ежедневно будем платить за это уже не единичными жертвами, а десятками наших солдат…За что? Нам так нужна эта Газа?
Продолжение на следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.