«Вельт» побеседовала с лауреатом Нобелевской премии мира врачом Денисом Муквеге. Он оперирует женщин, ставших жертвами изнасилований, и обвиняет международное сообщество в том, что оно на все закрывает глаза. Насильники становятся год от года все более жестокими, а жертвы — все моложе. Массовые изнасилования используются на войне как оружие массового поражения.
Когда Денис Муквеге этим летом в рамках Международного форума по проблемам мира во французском Кане (Caen) сел за «круглый стол» с группой журналистов, его посыл был однозначным: «Изнасилование — один из самых эффективных видов оружия. Оно приводит к разрушительным последствиям».
Изнасилование как оружие массового поражения? «Да, — сухо говорит Муквеге. — Оно уничтожает жертв физически, духовно, а в долгосрочной перспективе наносит ущерб социальным структурам».
64-летний Муквеге — мужчина крупного телосложения, поэтому когда он входит в помещение, его появление не остается незамеченным. У него есть то, что принято называть харизмой. Его голос звучит мягко, но слова производят страшный эффект.
Причина, вероятно, в том, сколько ужасов ему довелось увидеть в жизни. Им он противопоставляет чувство, на которое в наше время способны далеко не все: Муквеге движет чувство любви к ближнему.
Будучи сыном пастора Евангелистской церкви пятидесятников, Муквеге в детстве не мог понять, почему у него были лекарства, тогда как многие из его больных сверстников умирали — у них этих лекарств не было. Тогда он решил, что в будущем станет детским врачом. Увидев позднее, насколько высока смертность среди рожениц, он в итоге сделал выбор в пользу гинекологии и акушерства.
Именно тогда Муквеге впервые столкнулся с травмами женщин в результате изнасилования. Он решил стать мужчиной, который «чинит женщин», как это сформулировано в названии посвященного ему документального фильма.
Сейчас Муквеге считается лучшим в мире специалистом по генитальным травмам и увечьям. В прошлом году он вместе с езидкой Надией Мурад (Nadia Murad) получил Нобелевскую премию мира.
Он давно уже не только заботится о физическом лечении жертв, но и борется за социальную реабилитацию и другие формы улучшения их жизни. Муквеге хочет справедливости. «Только юстиция может восстановить утраченное достоинство этих женщин», — сказал он в интервью нашему изданию.
В городе Букаву на юго-востоке Демократической Республики Конго Муквеге открыл в 1999 году собственную больницу — клинику Panzi. С тех пор он вместе со своей командой врачей прооперировал больше 50 тысяч женщин.
При этом, по словам Муквеге, за прошедшие годы насильники становятся все более жестокими, а их жертвы — все более юными. «Когда я начинал, возраст жертв колебался от 15 до 80 лет. Теперь же насилуют и калечат даже младенцев. Самому маленькому ребенку, которого мне довелось оперировать, было полгода. Это насилие чудовищно и безгранично», — говорит врач.
После двух десятилетий работы хирургом он знает при этом, что изнасилования «готовятся специально, систематически, коллективно и открыто». Ведь невозможно изнасиловать 300 женщин, живущих в одной деревне, не планируя эти преступления заранее.
Вот уже два десятилетия Конго живет в настоящем хаосе, вызванном действиями вооруженных боевиков. Сексуальное насилие — часть их стратегии по уничтожению целых деревень и обращению людей в бегство. «На этой войне речь идет на самом деле не об этнических конфликтах, а о борьбе за территории», — уверен Муквеге.
Богатая страна — нищий народ
На юго-востоке Конго есть большие запасы полезных ископаемых. Главным из них является колумбит, необходимый для производства мобильных телефонов и ноутбуков. В борьбе за природные ресурсы женское тело стало военной целью.
«Моя страна входит в число богатейших во всем мире, но в то же время мой народ — один из беднейших», — сказал Муквеге на церемонии вручения Нобелевской премии в декабре прошлого года в Осло. По его словам, все любят роскошь, но в ней содержатся природные ресурсы, которые в его стране в нечеловеческих условиях добывают, в частности, дети, зачастую становящиеся жертвами сексуального насилия.
Так что его работа, по собственному признанию Муквеге, тоже не может принципиально изменить сложившуюся ситуацию. «До сих пор международному сообществу не хватает политической воли, чтобы положить насилию конец. Но закрывать глаза на эту драму означает становиться отчасти виноватым в этом», — подчеркнул он.
По данным ЮНИСЕФ, в 2014 году на приисках на юге Конго трудились более 40 тысяч несовершеннолетних. А правозащитные организации подсчитали, что жертвами изнасилований в стране стали порядка 200 тысяч женщин.
Когда 5 октября прошлого года пришло сообщение о присуждении ему Нобелевской премии, Муквеге находился в операционной. Он не прервал операцию, а лишь выразил радость по этому поводу, подняв большой палец. Позднее он посвятил свою премию «женщинам всех стран, ставших жертвами военных конфликтов и ежедневно сталкивающихся с насилием».
В тот момент у Муквеге небезосновательно зародилась надежда. «Присуждением этой премии мир демонстрирует, что больше не закрывает глаза и отказывается оставаться равнодушным», — сказал он в официальном заявлении. Впрочем, несколько месяцев спустя хирург утратил изрядную долю оптимизма, хотя его награждение Нобелевской премией и сделало ситуацию «более прозрачной».
Он использует свою известность, чтобы выступать в ООН и на различных конгрессах, встречаться с представителями правительств разных стран и даже с папой римским и привлекать внимание не только к драматической ситуации в Конго, но и к вооруженным конфликтам в других странах, а также к уничтожению целых народов через сексуальное насилие, которое длится многие годы.
«Когда прилюдно насилуют женщину, это имеет драматические последствия. Таких женщин прогоняют мужья. Часто они едут в крупные города, где, однако, не могут выжить самостоятельно. Тем самым в долгосрочной перспективе разрушаются социальные структуры, снижается рождаемость. Некоторые женщины всю жизнь страдают потом от последствий вирусных и грибковых инфекций, становятся бесплодными и теряют трудоспособность».
Еще одна проблема, по словам врача, — это дети, появляющиеся на свет после изнасилований. Он их называет «настоящими минами замедленного действия», ведь у этих детей нет корней и идентичности. В Конго их часто зовут «змеиными детьми». С этой же проблемой сталкиваются езидские женщины, попадающие в сексуальное рабство к бойцам так называемого «Исламского государства» (террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.).
При ответе на вопрос, как кто-то может насиловать новорожденных детей, голос Муквеге становится еще тише. По его словам, в тела детей вводят палки, оружие, иногда даже ножи или раскаленные железные предметы. По поводу наносимых при этом травм он сказал, что это может быть все что угодно от поверхностных ран до разрывов мышечных тканей и так называемого «дугласова кармана» — пространства, где находятся кишечник и гениталии.
Продолжение на следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.