Израильский и сирийский танки на Голанских высотах. Фото: А. Гур-Арье
- Яша, тема диктуется календарем. На днях исполнилось 47 лет со дня начала четвертой арабо-израильской войны, которая получила название Войны Судного дня. Она длилась 18 дней. 18 дней боев. Вы были в числе тех замечательных командиров и бойцов, о которых говорил в своем выступлении по поводу этой даты премьер-министр. Но он говорил еще и о пагубном «бездействии» первых дней той войны. Что он имел в виду, с вашей точки зрения?
- Я не знаю, что имел в виду Биби Нетаниягу. Но в отношении той войны я могу только сказать, что это была совершенно излишняя война и ее вполне можно было избежать.
Президент Египта Анвар Садат до начала войны предлагал нам через Киссинджера условия лучше, чем те, которые получил Менахем Бегин в 79-м году. В частности, он предлагал, что Египет заберет Газу. Но правительство Голды Меир – Даян, Алон и другие – предпочло, как сказал Даян,
«Лучше Шарм аш-Шейх без мира, чем мир без Шарм аш-Шейха».
Частично их решение исходило из идеологии, особенно Игаля Алона (как ни странно, еще более левого, чем Даян), но ее разделяла и Голда. Частично это была политика – они не хотели перед выборами принимать решения, предполагающие уступки. Частично – обычная примитивная заносчивость. Она иногда присуща маленьким государствам, которые чувствуют себя большими. Говорили: а что будет? Они нас побьют? Так мы их еще сильнее побьем. А получилось – известно что.
Были сделаны две ошибки.
Одна – политическая. Не были приняты условия, которые потом приняли в худшем варианте. Когда Бегин, заключая мир с Египтом, заикнулся Садату о секторе Газа, то Садат ответил примерно так:
"Нет! Теперь это дерьмо вы сами будете есть!"И мы его едим. До сих пор!
Второе. Мы молодая страна, а тогда были еще моложе. Я хорошо помню это по тогдашней армии: у нас не было высокой военной культуры; руководство не умело правильно оценивать разведданные. Разведку принимают за «оракула». У нее просят не анализ и оценку, а предсказание. Разведка дает данные и оценку вариантов. Руководство готовится к худшему, даже если таковое менее вероятно. Так должно быть. Тогда разведка дала все данные. Но Генштаб не учел, что в планах противника о времени начала войны могут появиться изменения. Армия не была готова к войне.
О стратегии у нас вообще понятия нет. Да и тактика сводилась к тому, что, когда арабы увидят израильский танк, они сразу убегут. Выводов из ошибок Шестидневной войны сделано не было, победителей не судят. Поэтому непроанализированные ошибки той войны обошлись нам в несколько раз дороже.
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.