Марк Горин: А «Ямина»?
Яков Кедми:А что это?
Марк Горин: Партия…
Яков Кедми: Была. Она уже распадается на крошечные фракции, которые не в состоянии ни на что влиять; даже названия не осталось. Так что, пойдем влево. Партия «Авода», которую в сегодняшнем виде стыдно считать партией вообще, а, тем более политическим основателем нашего государства, пришла с 6 мандатами; с каждыми выборами она идет к своему исчезновению, союз с партией «Гешер» во главе с дочкой Давида Леви им вряд ли помог. «Демократический лагерь» - МЕРЕЦ+Барак, взял и того меньше; Мерец поддерживали на четверть арабские голоса, но у них старые счёты с Бараком с октября 2000 года и значительная часть их не проголосовали за Демократический Лагерь с Бараком. Кто практически сохранил свою силу, обеспечив при этом себе безоговорочное лидерство, так это – «Кахоль-Лаван».
Марк Горин: Но ведь пошли на выборы не за этим?
Яков Кедми: Оба раза пошли на выборы по инициативе Нетаниягу. В прошлый раз, как я понимаю, чтобы создать такой парламент, который примет законы, освобождающие премьер-министра от уголовной ответственности и сформировать такую коалицию, которая утвердит нового юридического советника, обеспечивающего неприкосновенность для Нетаниягу и закрытие уголовных дел. На выборах в апреле это не удалось, и в этот раз тоже. Хотя он был готов отдать за этот свой интерес ультраортодоксам всю страну, со всеми ее доходами и возможностями и в настоящем, и в будущем.
Теперь, когда началась борьба за пост нового премьера, Нетаниягу, проиграв «Кахоль-Лаван», сделал новый ход. Он создал «единый фронт» со всеми ультраортодоксальными, антисионистскими партиями, с которыми вместе правил до этого, и предложил Ганцу создать правительство национального единства. С кем? С большинством его «фронта», при его сохранившемся премьерстве? Он, наверное, решил, что народ Израиля можно также привести к удобным ему решениям, как и Центр Ликуда. Естественно, ему объяснили, что здесь такие номера уже не проходят.
Сейчас сложно до одного мандата высчитать все варианты возможных предложений президенту по кандидатуре премьер-министра. Но создается впечатление, что у Ганса шансов больше на то, что Президент предложит ему первому попытаться создать правительство. Что же касается самого создания правительства, очень многое будет зависеть от Либермана. Есть и вопрос о позиции Арабского списка. Какие-то сегменты блоков могут купиться на посулы кандидатов в премьеры… Времени достаточно много, произойти может всякое, тем более – у нас.
Еще раз прошу понять меня правильно. Выборы 2019-го года, сегодняшние споры ведутся не об идеологии, выходе из экономического или военного кризиса; а о возможности Нетаниягу избавиться от передачи его уголовных дел в суд. На днях у Нетаниягу начнутся досудебные слушания. В начале декабря должен быть вынесен вердикт о вынесении обвинительного заключения по всем делам, которые ему инкриминируют. Дело в том, что по нашим законам депутат Кнессета, министр, при проведении расследования должен подать в отставку. Поэтому, правительство национального единства, в котором Нетаниягу не премьер-министр в первой половине каденции, не даёт ему возможности оставаться на своём посту. А премьер-министр может не подавать в отставку. Но, почти нет шансов, что Нетаниягу будет премьер-министром, в первой части каденции.
Марк Горин: А что будет после суда?
Яков Кедми: Суда над гражданином Нетаниягу? Какое это имеет значение? Это уже будет после его ухода с политической арены.
Публикацию подготовил журналист Марк Горин
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.