Однако было бы неверным объяснять высокий уровень симпатии русских эмигрантов к Путину и его политике только идеологией, чувством вины или цинизмом. Отчасти такая ситуация складывается благодаря естественным психологическим процессам, переживаемым эмигрантами. Как отмечают психологи, стадию неприятия, а порой даже ненависти по отношению к новой стране, проходят практически все вновь приехавшие, включая тех, кто уже давно и комфортно живет за границей.
При этом, в зависимости от множества факторов, этап разочарования может быть относительно недолгим и неглубоким, а может длиться долго и перерасти в настоящую депрессию. Встречаются и случаи "застревания" на этой стадии, когда эмигрант не выдерживает психологических нагрузок и возвращается назад. Ещё одной формой такого "застревания" может стать погружение в русскоязычную среду, притом в ту её часть, которая держится обособленно от местного населения, смотрит российское телевидение, чаще всего поддерживает политику Кремля. Такая форма поведения тоже является своеобразным разрывом с новой страной, "внутренней эмиграцией" в процессе эмиграции.
В нормальных условиях период повышенной критичности к новой родине является временным и сменяется адаптацией, однако российские власти способствуют созданию для соотечественников за рубежом особой среды, идеологически и ментально изолированной от страны пребывания. В результате эта среда, в кризисной ситуации воспринимаемая как утешение и источник комфорта, становится психологической ловушкой, препятствующей подлинной ассимиляции. Душой многие остаются привязанными к своей "настоящей" родине, воплощенной в эмигрантских организациях.
Ситуация усугубляется ещё и тем, что диаспора унаследовала резкую поляризацию российского общества. Человек, даже по вполне объективным причинам недовольный какими-то реалиями, допустим, американского общества, скорее найдет понимание и поддержку среди "прокремлёвской" части диаспоры, чем среди либерально настроенных, способных быстро адаптироваться в новой реальности россиян, что тоже способно "подтолкнуть" к пропутински настроенным соотечественникам.
Добровольная изоляция, в которой оказываются подобные представители диаспоры, усиливается практически полным отсутствием контента, идущего в разрез с кремлевской пропагандой, в русскоязычных СМИ США. Если не брать во внимание крупные интернет-издания, русскоязычные газеты, распространяемые в местах компактного проживания общины (в русскоязычных церквях, магазинах), часто либо находятся под косвенным влиянием прокремлёвских структур, либо в лучшем случае выбирают коммерческую направленность и вообще не затрагивают политические вопросы. При этом даже независимые издания вынуждены подстраивать своё содержание под вкусы большинства читателей, а значит, невольно становятся проводниками прокремлёвских идей.
В этих условиях системная работа с русскоязычной диаспорой за рубежом и как минимум попытка создания независимых СМИ и организаций, помогающих эффективной адаптации эмигрантов, выглядит намного более эффективной стратегией, чем просто маркировка всех любителей России "пятой колонной". К сожалению, организаций и ресурсов, готовых заниматься такой работой, крайне мало и они не могут сравниться по масштабу с тем, что делает Кремль.
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.