Эти противоречия появились не вчера и не сегодня, а существуют в течение всего срока нахождения Рухани во главе исполнительной власти. После заключения Венского соглашения 2015 года КСИР организовал широкую кампаниию травли либерального правительства, сумевшего добиться снятия с Ирана санкционного прессинга. Рухани и всю переговорную команду во главе с министром Зарифом клеймили позором и обвиняли в предательстве национальных интересов. Действующий президент не раз заявлял о коррупции в КСИР, саботаже Корпусом реализации приватизационных планов и др.
Главная опора режима
Покойный генерал Сулеймани отдал КСИР два десятилетия своей жизни. Именно там он заслужил национальную славу и нажил кучу врагов. Но в эти годы произошла и разительная перемена в позиционировании Корпуса.
Поначалу, после революции 1979 года, он был создан с целью обеспечения безопасности и защиты внутреннего порядка в стране. Хорошо зарекомендовав себя во время ирано-иранской войны 1980-1988 гг., КСИР создал ситуацию, когда только ему стали поручаться самые крупные операции, а регулярная армия привлекалась лишь для артиллерийской поддержки.
С приходом на пост президента одного из бывших высокопоставленных деятелей КСИР - Махмуда Ахмадинежада - появились заметные симптому того, что Корпус поглотит иранскую армия. Однако постепенно КСИР сосредоточился на карательно-репрессивных функциях.
Для подавления студенческих волнений, особенно проявивших себя в Иране в 1998-2000 гг., власти полагались только на КСИР, успешно справившийся с порученной задачей. В последние годы КСИР жестоко гасил стихийные протесты населения в азербайджаноязычных провинциях Северо-Запада страны, выступления арабского населения в южной провинции Хузестан, недавние массовые бунты, инспирированные резким подорожанием бензина и критической экономической ситуацией.
С течением времени Корпусу были предоставлены права подрядчика по ряду объектов государственного значения. Фанатики-исламисты показали, что им ведома и четкая деловая хватка.
КСИР настолько обрел политическое и организационное могущество, что стал государством в государстве. Его олицетворением в последние годы и был генерал Сулеймани. Он чуть было не стал президентом: уже несколько месяцев идут разговоры о том, что фундаменталистское крыло духовенства намерено провести на этот пост вполне способного удовлетворить их притязания крепкого силовика Касема Сулеймани. 3 января стало ясно, что этому не бывать.
Гнев велик, возможности ограничены
Хотя сегодня аятолла Али Хаменеи сказал, что Иран жестоко отомстит США за гибель Сулеймани, возможности у него для этого весьма ограничены. Ирану предстоит найти такой ответ, который бы не вызвал войны. Ее не хочет ни одна из сторон.
В Израиле предполагают, что одной из опций иранской мести может быть мощная ракетная атака на него руками ливанской «Хезбаллы» или палестинских террористических структур. Возможно, такая атака будет предпринята силами «Кодс» с территории Сирии. В любом случае, это предельно обострит ситуацию в регионе, поставив ее на грань полномасштабной войны.
Однако в Тегеране, надо полагать, отдают себе отчет в том, что такой ход развития ближневосточной истории поставит под вопрос судьбу исламского режима, отягощенного глубокими социально-экономическими трудностями.
Исходя из этого, трудно ожидать жесткой реакции Тегерана, несмотря на декларативно пугающий тон заявлений. Кроме того, иранцы никогда не принимают необдуманных и скоропалительных решений. Вряд ли нынешняя ситуация заставит их отойти от этого принципа. Но в том, что реакция последует, можно не сомневаться.
Д-р Владимир Месамед
Автор – один из ведущих иранистов Израиля, Сотрудник Института Азии и Африки Еврейского университета в Иерусалиме
Фото - Кадр youtube
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.