– А скачки нефтяных цен на мировом рынке, вызванные случившимся, сейчас как-то выгодны Ирану, или наоборот?
– Верить в заявления, что таким образом Иран или какие-либо иные страны пытаются поднять цены на нефть, не стоит. Потому что, во-первых, скачки эти будут достаточно краткосрочными. В Саудовской Аравии накоплены нефтяные резервы. Сроки починки поврежденных объектов ее нефтеперерабатывающей инфраструктуры невелики. В Эр-Рияде уверяют, что в ближайшие две недели ситуация на рынке вернется, да она уже и сейчас возвращается, по сути дела, в рамки привычной нормы. Здесь последствия, скорее всего, для того же Ирана в будущем будут очень плохими. При сохранении всей этой напряженности традиционные потребители нефти, поступающей из стран Персидского залива, просто будут искать, так или иначе, альтернативы. А Иран продает свою нефть по большей части уже нелегально. И для него возникновение дополнительных рисков, сверх тех, что уже существуют для его теневой торговли (для ухода от санкций), очень сильно невыгодно.
"Нулевой эффект". Нефть и рубль после атаки в Саудовской Аравии
– Интересно, что в начале недели президенты России, Турции и Ирана встречались в Анкаре, чтобы, вообще-то, обсуждать войну в Сирии, но им пришлось много говорить и об этих атаках на Саудовскую Аравию. Владимир Путин пытался выглядеть миротворцем и торговцем одновременно. Забавно, что он и тут попытался отрекламировать российские зенитные комплексы С-400, в этот раз для Саудовской Аравии. Правда, непонятно, как они вообще могут сбивать всякие мелкие дроны. А вот Реджеп Эрдоган однозначно занял проиранскую позицию. Так вот, вообще, намерения и заявления этой троицы, в первую очередь Эрдогана и Путина, сейчас как-то влияют на ситуацию? Их учитывают на Ближнем Востоке или в Вашингтоне? Или, в общем, в этих делах никому до Путина с Эрдоганом дела нет?
– Нельзя говорить, что эти их разные заявления совсем бессмысленны и ни на что не влияют. Но, по большому счету, они были вызваны их спонтанной реакцией на общую ситуацию, хорошо описанную в русской пословице, "у соседа корова сдохла – и то радость". Как для Путина, так и для Эрдогана нынешнее нападение предоставило лишний повод вставить определенные острые шпильки в бок Эр-Рияду. Реакция российского президента была обусловлена, с одной стороны, тем, что Москва недовольна действиями Саудовской Аравии по развитию двусторонних взаимоотношений – они продолжают делать это с постоянной оглядкой на США. И Путин однозначно намекнул на то, что попытки России ранее продать саудовцам С-400 фактически были свернуты правящей в Эр-Рияде семьей, чтобы не раздражать американцев. Я бы сказал, что Путин, как часто с ним бывает, выплескивал в Анкаре определенную персональную обиду.
Путин, как часто с ним бывает, выплескивал определенную персональную обиду
То же самое относится и к Эрдогану, который априори не может восприниматься как сторона, позитивно настроенная по отношению к Саудовской Аравии. В раскладе региональных сил он выступает главным партнером и союзником нынешнего соперника Саудовской Аравии – Катара. Я думаю, что случившееся Эрдоган воспринимал тоже с точки зрения все той же истории с поставками С-400. Но это был и лишний повод для него сыграть на публику, подчеркнуть свою некую определенную независимость. Но на ближневосточные дела, я думаю, практически это не окажет никакого влияния.
22 миллиона на грани голодной смерти. В Йемене держится перемирие
– Саудовская Аравия сейчас находится в прямом противостоянии с Ираном. Но, кроме того, в последний год много говорится о возникновении некой третьей политической силы в регионе – вот об этой новой "оси Анкара – Доха". И ОАЭ, о чем мы упоминали, от саудовцев откололись. Это должно Эр-Рияд настораживать – рост числа неприятных оппонентов вокруг?
– Катарско-саудовское противостояние стоит расценивать как внутрисемейный разлад, назовем его так. Он конфликту Саудовской Аравии и Ирана не эквивалентен и с ним не сравним. Да, в целом Саудовскую Аравию сейчас волнует факт наличия большого количества возникших проблем во внешней политике. Если мы посмотрим на те инициативы, которые начали реализовываться королем Салманом, а точнее, его сыном, принцем Мухаммадом бин Салманом, в Йемене, в Сирии, в противостоянии с Катаром, в отношениях с Объединенными Арабскими Эмиратами, то выяснится, что практически все они ни к чему не привели, а зачастую даже наоборот, еще и создали для Саудовской Аравии определенные риски, как политические, так и репутационные. Общая ситуация напряженности, список неудач не может не влиять на решения, которые принимаются Эр-Риядом. И, несомненно, в будущем нас ждут определенные корректировки внешнеполитической линии королевства.
Продолжение на следующей странице
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.