Бремя стыда

    В письме, адресованном Александру Крону, которое смертельно больной Маринеско написал 13 августа 1963 года, он впервые предстает перед своим другом в несвойственном ему ранее состоянии безысходности: «… Сейчас действительно мне сделали операцию, которая позволяет поддерживать мое существование кормлением, минуя пищевод; это операция вспомогательная, а основное все впереди и неизвестно, через сколько времени. Врачи военно-морского госпиталя, куда я попал (после настойчивых хлопот В. Ф. Вайнштейна — А.В.), говорят, что для восстановления моего веса и здоровья, для подготовки к основной операции понадобится 6-8 месяцев, а выпишут они меня через 10-15 дней. Основная моя забота теперь — как жить? Мне ежедневно нужно заправляться определенными высококалорийными продуктами, это обойдется (скромно) 3 рубля в день. Вам, конечно, известно, что я инвалид 2-й группы, получаю пенсию, из которой наличными мне остается 30-35 рублей. Вопрос, как жить дальше, что меня ожидает в будущем?». Трудно представить, чтобы гордый и независимый прежде Маринеско мог себе позволить нечто подобное.

 Александр Маринеско, 1963 год

    Между этим письмом и его демобилизацией прошло более семнадцати лет. Многое вместили в себя эти годы его жизни. И две новые семьи. И непродолжительную службу в торговом флоте, которую пришлось оставить из-за прогрессировавшей болезни — отказывал правый глаз. И колымскую тюрьму, куда бывший подводник попал будучи осужденным в 1949 году по нелепому обвинению в краже старой списанной металлической кровати в бытность работы заместителем директора по хозяйственной части ленинградского «Института переливания крови» (судимость, кстати, в 1993 году снимут). И работу на ставшем потом родным и близким заводе «Мезон», что располагался на Выборгской стороне Ленинграда. И возвращение ему прежнего воинского звания после того, как в 1960 году по приказу тогдашнего министра обороны Р. Я. Малиновского с Маринеско будут сняты все обвинения и наказания. И долго не смолкавшие овации молодых моряков, дружно скандировавших: «Маринеско герой!», во время вручения ему весной 1963 года на ежегодном сборе ветеранов-подводников живого поросенка — традиционной награды для вернувшихся с победой после выполнения боевого задания. Я думаю, что именно приведенное выше письмо  и стало точкой в длительном процессе познания стыда  командиром легендарной «эски». Познании трудном, но достойном. 

    А для Александра Крона было очевидным, что помимо материальной помощи, его друг остро нуждался и в поддержке моральной, способной хоть каким-то образом поддержать его дух, и, может быть, повысить сопротивляемость болезни. Крон обратился к легендарному советскому адмиралу, писателю и ученому Ивану Степановичу Исакову с просьбой попытаться не только взвешенно и объективно оценить подвиг командира «С-13», но и разобраться в его личности. Главное, что успел сделать для Маринеско Исаков — попросил известного писателя Сергея Сергеевича Смирнова, который вел в то время на телевидении пользовавшийся огромной популярностью альманах «Подвиг», подготовить правдивую и честную программу о подводнике № 1. На экраны телевизоров эта программа вышла в пятницу 4 октября 1963 года. Резонанс был настолько оглушительный, что уже через несколько дней в адрес Маринеско стали поступать сотни, а затем тысячи писем со словами участия и поддержки со всех уголков СССР. Самое же неожиданное заключалось в том, что в эти письма люди вкладывали деньги — свои трудовые «пятерки» и «трешки».

    В конце ноября, за несколько дней до смерти Александр Иванович решил отпраздновать свой день рождения, который на самом деле был в феврале — он чувствовал, что не доживет. Пришли В. Ф. Вайнштейн и П. Н. Ветчинкин — его фронтовые друзья. Коньяк ему наливали через воронку в выведенную в боку трубку. 25 ноября 1963 года Александра Ивановича Маринеско не стало. Ему было пятьдесят лет…

 Памятник Александру Маринеско и экипажу С-13 в Кронштадте

    … В феврале 1990 года Ленинград посетил Гейнц Шен. На «Вильгельме Густлоффе» он был помощником капитана лайнера. В ту январскую ночь 1945 года ему удалось спастись. За прошедшие с войны годы он разбогател, написав две книги и сценарий к фильму о том событии. Вряд ли его можно уличить в предвзятой или надуманной оценке «Атаки века». На встрече с членами комитетов в защиту Маринеско он сказал: «… Ни у кого из нас — немцев — нет никаких претензий к Александру Маринеско. Он выполнил свой воинский долг честно и умело». За несколько месяцев до его визита Ленинград посетил отряд боевых кораблей ВМФ ФРГ. Немецкие военные моряки возложили на могилу Маринеско офицерскую пилотку и ленточку «Кригсмарине» — знак особого уважения боевых заслуг советского подводника.

    А еще раньше, 3 октября 1986 года в Лиепае был установлен памятник «Героическому экипажу Краснознаменной ПЛ «С-13» и ее боевому командиру Маринеско А.И.» — такая надпись бронзовыми буквами была нанесена на двухметровую стелу. На фоне символического иллюминатора на высоте человеческого роста была в металле изваяна поясная фигура командира подлодки за перископом, а на расположенных рядом гранитных плитах были выбиты имена всех участников того похода. По-своему драматична судьба этого памятника. В день его открытия произошла авария на атомной подводной лодке К-219 Северного флота ВМС СССР, в результате чего четыре человека погибли, а лодка затонула. Как тут не вспомнить о существующем среди всех подводников мира поверии, что судьбы каждого из них связаны одной нитью — и «С-13», и нашего «Дакара», и американского «Трешера», и российского «Курска». А через месяц после открытия памятника с него исчезла бронзовая надпись «Маринеско А.И.». Сделали это под покровом ночи не «охотники» за цветными металлами. Так было исполнено распоряжение тогдашнего начальника политотдела Балтфлота В. Ф. Иванова, выполнявшего в свою очередь указание вице-адмирала А. И. Корниенко, которому не понравилось, что имя подводника № 1 упоминается на памятнике дважды. Стоит все же упомянуть, что предусмотрительно В. Ф. Иванов срубленные бронзовые буквы сохранил, и когда после развала СССР памятник в Лиепае демонтировали и вновь установили в Кронштадте, то первоначальная надпись была восстановлена. Практически следом за надругательством над памятником в ряде газет, находившихся в ведении Политуправления ВМФ, появились статьи, ставившие под сомнение не только профессиональные качества Маринеско, но и отрицавшие сам факт «Атаки века» экипажем «С-13». Вот так на Родине попытались «оценить» и «переосмыслить» подвиг моряков-подводников и их командира.

    Однако, «перестройка» уже брала свое. Начали создаваться «Комитеты в защиту Маринеско», первый из которых был создан в … Швеции. И наконец Указом Президента СССР М. С. Горбачева от 5 мая 1990 года Александру Ивановичу Маринеско (посмертно) было присвоено звание Героя Советского Союза. Мэр Ленинграда Анатолий Собчак огласил указ президента и вручил Золотую звезду героя его дочерям Леоноре и Татьяне, которые тут же передали награду на хранение в музей Военно-морского флота.