16 октября 18-летний чеченец Абдуллах Анзоров, который проживал во Франции с 6 лет в статусе беженца, убил учителя Самюэля Пати за то, что тот показал на уроке гражданского воспитания выходившие в «Шарли Эбдо» карикатуры на Мухаммеда. В качестве мотива преступления им был назван ислам. Он хотел отомстить за пророка, изображение которого запрещено священным писанием, тем более в уничижительном виде.
По делу ведется следствие, и в ближайшие недели нам станет известно больше подробностей. Тем не менее у полиции, как сообщается, вроде бы есть доказательство того, что Анзоров общался (иногда по-русски) с двумя мятежниками из Идлиба (северо-запад Сирии). Он высоко оценил действия их отряда «Хайят Тахрир аш-Шам»*, который в настоящий момент контролирует половину провинции, которая находится в руках конгломерата движений, выступающих против Башара Асада.
Здесь есть один интересный момент, который указывает на сложность проблемы так называемого «радикального» ислама: «Хайят Тахрир аш-Шам»* официально дистанцировался от «Аль-Каиды»* в 2016 году, что повлекло за собой яростные столкновения с другими присутствовавшими в регионе движениями, в частности двумя «чеченскими» группами «Джунд аш-Шам»* и «Анджад аль-Кавказ»* (большинство их членов говорят по-русски, но в них также есть другие кавказцы, в том числе грузины и ингуши — говорящие на одном языке естественным образом собираются вместе). Вероятно, Анзоров не подозревал, что превозносимый им «Хайят Тахрир аш-Шам»* (в него входили два русскоязычных боевика, с которыми он общался) находился в состоянии открытой борьбы с его соотечественниками: дело в том, что во Франции существует лишь предельно упрощенческое понимание перемен в политическом исламе. Анзоров не поддерживал ни «Исламское государство»*, ни «Аль-Каиду»*.
Хотя оба этих движения ведут непримиримую борьбу, они выступили со схожей риторикой, не взяв на себя ответственность за убийство. ИГ*, например, воспользовалось убийством французского учителя, чтобы призвать к новым атакам «волков-одиночек». Джихадисты используют такое определение, но западные аналитики не согласны с ним, поскольку человек никогда по-настоящему не бывает «одиночкой». «Аль-Каида»* в свою очередь приветствовала акцию «мщения за пророка», хотя и находится в состоянии конфликта с ИГ* со времен обособления этого ее бывшего иракского «представительства» в 2014 году. Напомним, что отделение ИГ* стало делом рук «молодого» аль-Багдади, который выступил против «старика» аз-Завахири (тот старше его на 20 лет), поскольку был недоволен его методами управления «Аль-Каидой»* после кончины Бин Ладена в 2011 году. Аз-Завахири, разумеется, захотел поставить на место «молодого выскочку». Кстати говоря, удивительно, что конфликт сохранился и после смерти аль-Багдади в 2019 году, несмотря на практически одинаковую идеологию обоих движений. Возможно, нынешнее руководство ИГ*, в том числе его лидер Амир Мухаммед Саид Абдель Рахман аль-Мауль аль-Сальби, считает, что сближение с «Аль-Каидой»* было бы плохо воспринято простыми активистами, которые в прошлом уже ушли из организации, чтобы служить под знаменем более престижного «Исламского государства»*.
Все это говорит о том, что, хотя основанная на священном писании (жизнь Мухаммеда, Коран и хадисы) политическая, военная и религиозная идеология едина для всех мусульман в мире, это не отменяет разногласий и даже смертельной вражды среди них. Отметим, что в 2010 году странами с наибольшим мусульманским населением были Индонезия (12,7%), Пакистан (11%), Индия (10,9%) и Бангладеш (9,2%). На арабские страны приходилось всего 20% мусульман.
В качестве первого примера подчеркнем, что большинство суннитов рассматривают шиитов (те считают имама Али выбранным Аллахом прямым наследником Мухаммеда, тогда как сунниты признают первым халифом Абу Бакра) как «отступников», то есть предателей ислама. Это еще хуже, чем христиане или иудеи, «зимми» (проживающие на мусульманской территории иноверцы), с которыми можно мириться, если они принимают ислам или платят налог.
Не вдаваясь в детали, скажем, что среди шиитов тоже много разных течений, но они хотя бы не сражаются между собой (йеменские хуситы — зейдиты, клан Асада — алавиты, иранцы — имамиты). Главное отличие шиитов от суннитов в том, что у них есть духовенство.
Среди суннитов царит полная неразбериха, потому что каждая группа стремится навязать свое видение ислама: салафиты, ваххабиты, «Братья-мусульмане»* и т.д. Единственная «относительно умеренная» ветвь — это ханафизм каирского Университета аль-Азхар (его ни в коем случае нельзя сравнивать с Ватиканом, поскольку в суннизме нет духовенства). Помимо шиитов и суннитов, существуют также хардижиты: это меньшинство наиболее широко представлено в Омане.
Таким образом, совершенно очевидно, что, как в Европе, так и во Франции, симпатизирующие исламу люди не имеют ни малейшего понятия о том, о чем мы только что говорили. Кроме того, у них есть лишь самые обрывочные знания о священном писании, на которое при этом они постоянно ссылаются. Для них важнее «революционная» сторона ислама, который должен вернуть им «достоинство» и нагнать страха на буржуазию (она, кстати, и без того в ужасе от коронавируса, потепления климата, грабежей и т.д.). К этой риторике следует добавить еще одну, которой западному обществу нечего противопоставить помимо бесконечных разглагольствований о «демократии». В XIX веке церковь говорила беднякам: «Вы будете первыми на небесах». В XXI веке ислам утверждает, что «мученическая смерть» открывает врата в рай… Для понимания истинных позиций ислама нужно обязательно ознакомиться с его священным писанием (в таком порядке: житие Мухаммеда, Коран, хадисы), осознавая, что оно ни в коем случае не подлежит толкованию, поскольку «слово божье» неизменно.
Фото - Кадр youtube
Подпишитесь на наш телеграм-канал
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.