Именно П. Г. Крель одним из первых обнаружил в Моабитской тюрьме и затем сохранил разрозненные страницы книг — с карандашными пометками на полях, сделанными заключёнными. На некоторых из страниц — очевидно, на титульных листах — были прямоугольные или овальные штампы тюремной библиотеки. Произведения Пушкина, «Бесы» и «Братья Карамазовы» Достоевского, учебники по археологии с иллюстрациями… Датированы записи на полях почти годовым интервалом: июль 1943-го — июнь 1944 года. Они сделаны, как правило, по-русски, но есть и на немецком языке, с массой ошибок, читаются с трудом. Местами русская буква «и» чередуется с украинской «i».
Для многих узников Моабитской тюрьмы эти записи оказались предсмертными. Вот почему они указывали свои имена и домашние адреса. Делали записи на страницах тюремных книг как советские военнопленные, так и власовцы, подозреваемые нацистами в участии в подпольных антифашистских организациях.
Вот одна из записей: «Читал мл. л-нт Калганов Ив. Се. из РОА. Арестован 17.7.43 в Берлине. 9.9.43. Калганов Berlin». Точную причину своего ареста указал другой узник: «Перечитывал в тюрьме 3-й раз. Рыбальченко Андрей Дмитриевич, арестован 24.7.43 г. в Литве и привезён в Берлин за полит. деятельность. 20.9.43».
Посетители, находящиеся в группе Читатели, не могут оставлять комментарии к данной публикации.